Полина Сергеевна хорошо видела его лицо, пыталась прочитать его чувства. Но лицо внука ничего не выражало. Оно было чужим — прежде подобной бесстрастности на Эмкиной физиономии не наблюдалось. Он просто смотрел, без волнения, радости, негодования, надежды, презрения — даже без интереса.
Юся покраснела, пошла пятнами. У нее вспотели ладони, и она их вытирала, проводя по бедрам.
— Эмочка, я тебе машинку привезла на радиоуправлении.
Эмка молчал. Он не нашел нужным поблагодарить или взглянуть на игрушку, взять ее в руки.
Пауза была тяжелой, но никто не спешил Юсе на помощь, а Эмка не выглядел человеком, которому требуется поддержка.
— Он не играет в машинки, — подала голос Тайка. — Он сейчас увлекается метрологией.
— Метеорологией, — поправил Эмка.
— Хотите чаю? — предложила Полина Сергеевна.
— Не хотим, — ответил за всех Сенька.
— Папа, — повернулся к нему Эмка, — ты обещал, что мы поедем в планетарий.
— Обещал, значит, поедем. Всем — до свидания!
Они находились в квартире не более пяти минут, считая то время, которое понадобилось на раздевание-одевание в прихожей, разувание-обувание.
«Все закончилось быстро и бескровно, — подумала Полина Сергеевна. — Эмка! У него было лицо… как у Олега или Сеньки, когда они не хотят пускать в свой внутренний мир, не желают отвечать на вопросы, обсуждать, выслушивать чье-то мнение. Эмка прежде был открыт. Он вырос, мой внучек. Наверное, раньше времени. Сейчас Юся будет рыдать».
Но Юся, шокированная и обиженная, плакать не собиралась. Она вернулась в кресло, шумно дышала и вытирала ладони о коленки.
Полине Сергеевне показалось, что Юся отчасти довольна разговором — ее обидели, значит, на ее стороне правда. До этого у нее было пристыженное лицо, и ее нескончаемый словесный поток свидетельствовал о наивной самозащите — заболтать, чтобы не упрекали. Олег Арсеньевич за выражением ее лица не следил, и до тонкостей ее психологических переживаний ему дела не было. Перед ним стояли другие задачи.
— Вот теперь мы поговорим, — сказал Олег Арсеньевич. — Как видишь, Юся, отношение сына к тебе однозначно негативное.
А чего еще можно было ожидать? Мы тебя не виним, у тебя своя жизнь, большому кораблю большое плавание. Но юридические аспекты надо урегулировать. Есть два варианта развития событий. Первый: ты отказываешься от Эмки, мы оформляем отказ у нотариуса. Погоди, не перебивай! Второй вариант: мы подаем в суд два иска — на лишение тебя родительских прав и на алименты. Заметь, алименты за все предыдущие годы в том числе.
