– «Приду домой, там ты сидишь».
– Может, объяснишь нам все? – робко спросила я.
Александр Михайлович подвинул к себе окрошку и начал есть. Мы терпеливо ждали, пока опустеет тарелка. Наконец полковник потянулся к салфетке.
– Горчицы маловато, – сказал он.
– Вот, – Маня услужливо подала ему стеклянную баночку, – «Малюта Скуратов», жутко злая.
– Бери, – хихикнул Кеша, – тебе должна понравится, все-таки в честь коллеги названа.
Дегтярев уставился на этикетку.
– Что ты имеешь в виду?"
"– Ну, Малюта Скуратов служил кем-то вроде милиционера при царе, – как ни в чем не бывало заявил наглый Аркадий.
Полковник начал краснеть, я обозлилась на сына и пнула его ногой под столом. Сейчас Дегтярев надуется и ничего не расскажет. Но приятель, очевидно, решил не обращать внимания на глупые шутки, потому что, тяжело вздохнув, отвернул крышечку, поддел ножом массу, похожую по цвету на застиранную гимнастерку, намазал на кусок черного хлеба, отправил в рот и заявил:
– И правда злая!
– А вот ты у нас добрый, – лицемерно засюсюкала я, – сейчас все-все расскажешь!
– Да, дядя Саша, – заорала Маня, – ща от любопытства умру.
– Вы ведь не отстанете? – безнадежно спросил Александр Михайлович.
– Нет, – грянул хор голосов.
– Ну, ладно…
– Пошли в гостиную, – велела Зайка, – сядешь удобно.
– Мне и тут хорошо, – попробовал сопротивляться Дегтярев.
– Станет еще лучше, – не сдалась Зайка, – так, ну-ка, организуйте нам креслице…
Следующие пятнадцать минут мы хлопотали вокруг полковника. Усадили в уютное кресло, сунули под спину подушку, подставили под ноги пуфик, возле правой руки установили столик с бутылочкой холодного пива, направили на Александра Михайловича вентиляторы.
– Как вы меня любите, – умилился полковник, увидав, что Машка сносилась наверх и притащила ему вместо грязной рубашки чистую футболку. – Ну никогда раньше так не баловали, – качал головой Дегтярев.
– Так мы хотим, чтобы ты все рассказал, – брякнула бесхитростная Маня.
Полковник потер рукой затылок.
– Даже не знаю, с чего начать!
– С начала, – велела я.
– Тогда придется издалека, – бормотнул Александр Михайлович, – долгий разговор выйдет.
– А никто и не торопится, – отрезала Зайка, – начинай!
– Слушайте, – кивнул полковник. – Примерно полгода назад Аля заметила, что каждый раз, когда она выходит из колледжа, у ворот учебного заведения стоит женщина. На нищенку она категорически не была похожа: просто, но чисто одетая, аккуратно причесанная, со скромным макияжем и без драгоценностей.
