– И у меня свои!
– Они у вас скрюченные какие-то, – протянул Виктор, – все равно знак «Инвалид за рулем» надо вешать.
Чувствуя, что сейчас сойду с ума, я топнула ногой и хотела было сказать: «Дураки!» – но тут мигом зазвучала заунывная мелодия: «Августин, Августин, ах, мой милый Августин, все пройдет, все…»
– Это чего? – поинтересовался Павел и уставился вниз. – Чем играете?
– У ней там пианино, – заявил откровенную глупость не слишком умный Виктор, – только зачем?
Внезапно мне стало смешно.
– У меня в протезы полно всего напихано.
В левом – плейер, в правом – радио и кофеварка, а еще, если кашляну, из руки огонь выскакивает, в нее вделана зажигалка.
– Ой, – по-детски восхитился Виктор, – покажите!
– Чего врете? – надулся Павел. – Руки-то у вас свои, никак к ним зажигалку не приделать!
Следовало прикусить язык, но меня словно черт в бок толкал.
– Ну, дружочек, посмотри внимательно, неужели не понял, что имеешь дело с биороботом? Мною управляют при помощи пульта, как теликом!
Парни обалдело переглянулись, потом Павел потянулся за телефоном.
Сообразив, что он сейчас вызовет перевозку психиатрических больных, я быстро сказала:"
"– Ну ладно, пошутили, и будет. Ноги свои, руки и голова тоже. Просто нижние конечности онемели от неудобной обуви, а кроссовки с музыкой, вот, если топнуть так, то замолкает.
– Чего только не придумают! – восхитился Виктор.
– Разве не знали? Но ведь говорили, жена такие хочет.
– Я имел в виду, на платформе.
– Помогите мне стащить обувь и забирайте ее себе, совсем новая, по улице я практически не ходила, не могу больше, – взмолилась я.
– Так у вас размер небось крохотный, – пробормотал Виктор, – моя-то тетя лошадь до метра восьмидесяти совсем чуток не дотянула.
– Тридцать девятый размер.
– Да ну!
– Бога ради, снимите!
Павел покачал головой и ушел на дорогу, Виктор принялся корпеть над застежками, но те не поддавались.
– Может, поджечь их? – задумчиво произнес постовой.
Я представила, как у меня на ногах пылают два факела, и заорала:
– Ни за что! С ума сошел!
– Тогда никак, – вытер потный лоб Виктор, – их что-то держит, ну-ка, попрыгайте, авось отщелкнутся.
Я принялась скакать, как безумная кенгуру. Поскольку в маленькой будочке ДПС царила дикая жара, мы выбрались на улицу. Со стороны зрелище, очевидно, было забавное. Я красная, растрепанная, мерно подпрыгивающая вверх, и Виктор, помахивающий жезлом, изредка повторяющий:
– Ну еще чуть-чуть, да топайте сильнее.
