Несколько дней она жила на вокзале, потом попыталась устроиться на работу, но кому нужна шатающаяся от слабости женщина с грудным ребенком. Пришел момент, когда есть стало нечего, в придачу от голода и переживаний у нее пропало молоко. И тогда Сашенька позвонила Родиону.
К чести Кутепова, он мигом примчался к ней и ни на секунду не усомнился в ее рассказе. К тому же Лизочка, как и Аля, оказалась невероятно похожа на папу. Родион, честный до зубовного скрежета, признал девочку, дал ей свою фамилию, единственное, о чем он просил Сашу, – это не требовать от него развода с Нелей.
– Я люблю свою жену, – объяснил Кутепов, – и никогда не разрушу семью. Впрочем, ты можешь не волноваться, тебя я обеспечу полностью, Лизочка не будет нуждаться.
Сашенька заплакала.
– Мне и в голову не могло прийти сделать тебе гадость и повиснуть камнем на шее. Только бы сейчас немного перебиться, а там жизнь наладится.
Родион купил квартиру на Лукинской улице, обставил ее, потом, когда Лизочка подросла, устроил Сашеньку на работу.
Он был хорошим отцом, минимум три раза в неделю навещал дочку, давал регулярно деньги, дарил подарки. Но никаких отношений, кроме дружеских, с Сашенькой не поддерживал. Лизочка знала, что у нее имеется папа, который развелся с мамой очень и очень давно, через несколько недель после рождения дочки. Информация о существовании Али не дошла до ушей Лизы, и девочка совершенно не сомневалась в правдивости истории, которую рассказала ей мама. У Лизочки в классе было полно детей из неполных семей.
Пока Сашенька, разрывая на клочки ни в чем не повинную салфетку, рассказывала историю своей жизни, я молчала, лихорадочно соображая, как отреагировать на услышанное. Наконец она швырнула изуродованный кусок полотна в мойку.
– Господи, мне даже не проститься с ним.
– Почему?
– Но не могу же я явиться на похороны, что люди подумают?
– Если не станете с воплями валиться на гроб, никто не обратит на вас никакого внимания. Скорей всего у крематория соберется большая толпа, коллеги по работе примут вас за родственницу, друзья посчитают сотрудницей.
Препятствий для того, чтобы проводить в последний путь Родю, нет.
– Бедная, бедная Алечка, – всхлипнула Сашенька, – мне очень хочется взять девочку к себе, но как рассказать ей о Лизе? Боюсь, она возненавидит меня!
Я внимательно посмотрела на Сашеньку. Милое, простое личико с яркими голубыми глазами, пушистые волосы прозрачным облаком стоят над головой, и кажется, что над ней сияет нимб.
