Илье просто не хватило сил, чтобы справиться с самим собой.
А потому мужчина притянул Марту к себе невероятно близко, рукой зарылся в собранные на затылке пряди, а ртом вжался в манящие губы.
По телу помчалась раскаленная лава. А Марта не упрощала задачу Илье. Но ведь мужчина совсем не планировал набрасываться на Марту вот так, в саду Мартыновых.
Просто так вышло.
— Я не хочу… — тихий шепот девушки вернул мозг Горнякова на место, как будто кто-то вылил ушат ледяной воды, но следующая фраза снесла Илье голову: — Не хочу тебя отпускать…
— И не нужно… Я никуда не уйду, — прошептал в самые губы на выдохе.
А Марта потянулась к нему. Прижалась приоткрытым ртом к твердым губам. Невероятно сладко. Неистово. На грани.
И все вмиг стало неважным. Где они. Кто их видит. Что о них подумают.
Главное, что сейчас они были вместе.
А между тем Илья осознал, что до его комнаты в домике для охраны — метров двадцать. В случае чего — парни точно подстрахуют.
И Илья настойчиво утянул Марту в нужную сторону.
Девушка чувствовала себя, как в тумане. На миг очнулась, когда за спиной щелкнула дверь.
— Моя комната, — шепнул Илья, а Марта судорожно выдохнула.
Они здесь одни. И только через незашторенные окна проникал свет уличных фонарей. Но казалось, что здесь царит волшебство.
Илья стянул пиджак, не переставая целовать девушку, избавился и от оружия. А Марта уже торопливо расстегивала пуговицы на мужской рубашке.
— Черт, солнышко! Я все не так планировал! Честное слово! — бормотал Горняков, покрывая лихорадочными поцелуями шею и плечи девушки.
А в ответ Марта только рассмеялась, чувствуя себя свободной, живой, нужной.
Платье темной лужицей легло у ног Марты. И даже если и были сомнения, то Илья их развеял своим признанием.
— Я как тебя встретил, не смог ни с кем, — шептал Илья, чувствуя, что должен сказать Марте эти слова. — Ты меня приворожила. Пусть и видел тебя … с ним… А не смог. Тебя хотел. А теперь ты здесь, со мной.
Марта отчаянно крепко прижалась к Илье.
Такие теплые слова. Простые, но так много значат для нее.
— Ты удивительный человек, — выдохнула Марта.
А Илья уже плохо ориентировался. Понимал только, что придавливает Марту собой, обнимает, целует. Нуждается в ней. В ее тепле и податливости. В том, как жарко и жадно она отвечæт на каждый поцелуй.
Каждое прикосновение обжигающих ладоней вызывало в Марте дрожь и трепет. А мысли о будущем стерлись, растаяли, будто и не было встречи Марты с женой Ильи.
