И удивлённо мурлычу, когда Мартан сжимает мои плечи, принимаясь разминать сначала нежно, а потом всё сильнее, превращая всю меня в податливое тесто.
Постанывая от невероятных ощущений я забываю обо всём на свете. Об усталости, времени, смущении… Растекаюсь лужицей в умелых руках, даже не замечая, что Мартан всё ниже и ниже стягивает мои панталоны. Пока не ощущаю внезапно, как он прижимается губами к низу моей спины.
− Ты знаешь, что у тебя тут есть две очаровательные ямочки? — спрашивает хрипло.
И пока я пытаюсь собрать разомлевшие мысли в кучу, найтись с ответом, стягивает с меня бельё окончательно.
− Ну вот мы и добрались до самой пострадавшей части твоего тела, − смеётся Мартан, сжимая мои бёдра. — Только чулки сначала снимем. Ты в них очаровательна, но твоим ножкам тоже нужен отдых.
О боги. Со мной ли это? Может, я уже давно сплю?
Он и дальше всё делает сам, не позволяя мне даже пошевелиться. Скатывает шелковый чулок сначала с одной ноги, немного отведя её в сторону. Потом с другой.
− Ты даже не представляешь, насколько соблазнительно выглядишь сейчас, − урчит демон, принимаясь разминать теперь уже мои ноги.
Я представляю, насколько бесстыдно выгляжу. И понимаю, какие желания обуревают сейчас моего жениха. Если он захочет сегодня большего, я не откажу. Позволю всё, что хочет. Чтобы и ему было хорошо…
Но по напряжённым икрам скользят умелые ладони, снимая усталость. В моём коконе из рассеянного золотистого света так спокойно и уютно. И разум уплывает, снова окунаясь в ощущение неги и расслабленности.
Ощущения накатывают на моё сознание тёплыми волнами, смывая все тревоги, стирая связные мысли, убаюкивая…
И я сама не замечаю, как снова засыпаю. На этот раз да самого утра.
Глава 23
Мартан"
"Мягкий утренний свет золотыми нитями запутался в её волосах, нежным румянцем лег на белизну алебастровых скул, приласкал приоткрытые пухлые губы… Коснуться бы, погладить, зарыться пальцами в лунный шёлк локонов. Поцеловать, подминая под себя податливое тело. Она не станет противиться, не скажет мне «Нет».
Не скажет… Разведёт белые бёдра, отвернувшись, и приготовится терпеть.
Нет.
От одной мысли о том, какой была её супружеская жизнь, хочется поднять бывшего муженька из мёртвых и особо жестоко упокоить обратно.
Поэтому как бы ни бесновались внутри инстинкты, как бы ни требовал Хаос своё, не будет ничего, пока мой пугливый, настороженный Мышонок мне не доверится. А до этого нам ещё далеко, судя по тому, как страшится она моих вопросов.
