— О чем ты говоришь? — хрипло спросила она. — Какой способ?..
— Убить монстра может королевский цвет.
Ирина покачала головой.
— Те цветы, что привозит королева Фашия... Они помогают усыпить, но не убить.
— Я говорю о настоящем королевском цвете, — усмехнулся Линус. — О Вириладе.
Глава 48
На этот раз вместе с письмом от гоблинов пришел информационный кристалл. Такие гоблины отправляли, когда хотели показать или рассказать нечто важное. Впервые у Даера подрагивали руки, когда он устанавливал носитель в считывающую коробку и подпитывал магией.
Перед ним развернулось трехмерное изображение: Линус и Ирина. Они беседовали, и мужчина касался ее волос, по-свойски положил руку на талию. Невыносимо тяжело было наблюдать за этой сценой. Но Даер заставил себя досмотреть до конца. Трансляция оборвалась на том, как Линус потянулся к Ирине, их губы почти соприкоснулись.
— Кажется, что-то пошло не так, — проворчал наблюдавший из камина Аден. — Уверен, в следующую секунду она отстранится и даст этому нахалу по морде.
А гоблины... Наверное, их заметили, вот они и не сняли до конца.
— Скорее просто пожалели меня, — со вздохом проговорил Даер, снимая кристалл и выбрасывая в камин. — Уничтожь это.
Аден покорно обвил кристалл кольцами, и тот растаял, капая голубоватыми слезами на полыхающие дрова."
"— Я ей больше не нужен, теперь у нее и детей есть новый защитник, — рассудил Даер, глядя на огонь, отражавшийся в его потемневших от горя зрачках. — Темный демон не пара для светлой девушки. Напрасно я надеялся стать ей мужем.
— Не будет из них пары, — возразил Аден. — Этот человек мне вообще никогда не нравился, а сейчас особенно. Ирина любит вас.
— Считаешь?
В затуманенном рассудке Даера промелькнула искра надежды.
— Ваше Темнейшество. — вдруг вздрогнул Аден и напрягся. — Кажется, у нас гости, — он свернулся в тугую пружину, высунулся из камина. — Да это же Фашия, она в саду! Как мог я, во имя Огня, пропустить ее?..
— В том нет твоей вины, — вздохнул Даер и тяжело поднялся из кресла. — Я сильно сдал за последние дни, а вы все вместе со мной.
Пойду, спроважу незваную гостью.
Он вышел в сад, отметив, что даже его походка стала тяжелой. Ему на плечи словно привязали тяжелый камень, тянувший к земле. То был груз несбывшихся надежд и мечтаний.
— Убирайся отсюда, Фашия! — скомандовал он, наплевав на протоколы. — У меня нет желания разговаривать с тобой. И вот еще что: обмена больше не будет. Мне не нужны цветы, а ты не получишь золотой гематит. Договор расторгнут.
