На его левом плече Любина сумка, правой рукой приобнимает меня. По–дружески помогает не увязнуть в пушистом снегу. Захар плетется позади.
Я говорю:
– Комнаты все распределены, оказывается. Нужно было заранее бронировать, как отели в разгар сезона в Сочи. Кто бы мог подумать.
– Об этом неделю трещали в чате, – вставляет Люба. – Юль, в облаках витаешь? Все в курсе были.
Нет, ну какая она душнила! И как я не замечала столько времени?
– Я не читаю чаты, ты ведь знаешь. Там всегда сотни сообщений не по теме.
– Ну и кто тебе виноват? – бросает в пустоту.
В глаза не смотрит. Либо стыдно, либо трусит. Скорее всего второе, по этой же причине ничего не сообщила Матвею про таблетки. А она ему не сообщила, иначе бы он вел себя иначе. Если уж решилась на войну — шла бы до конца. Как я.
– Перераспределим, какие, блин, проблемы, – перебивает Матвей весело. У него, кажется, прекрасное настроение, и подобные мелочи мало волнуют. – Люба, показывай, где что. Не терпится уже в баньку. Девчонки, взяли купальники? Лично я свои плавки забыл.
– Серьезно? Пойдешь без? – приподнимаю брови, а потом против воли смеюсь.
Он пожимает плечами и улыбается:
– Думаешь, идея не очень?
Глава 14
Через пару минут мы заходим в главный, самый большой корпус и начинаем стягивать куртки.
Вокруг всё деревянное: и пол, и потолок, и стены, и мебель. В гостиной – огромная искусственная ёлка до потолка, украшенная дешевыми бумажными гирляндами. Переходник рядом утыкан вилками с небезопасно торчащими проводами.
Я изгибаю бровь и говорю вслух:
– Бли–ин! Надеюсь, не загоримся.
Лично я бы на ночь поставила часового.
Все, кто услышал, громко смеются. Кроме Матвея. А хотелось бы, чтобы остроумие оценил именно он. Люба фыркает: «Ей ничего не нравится!», но на этом всё. Она никогда не умела держать удар.
Мы поднимаемся на второй этаж и бросаем вещи в свободную комнату с двумя кроватями. Застываем, смотрим. Нас по–прежнему аж четверо. А еще мы дружим.
– Кто же будет здесь спать? – театрально спрашивает Захар. И сразу же добавляет: – Пожалуй, я.
Фигово мне, не обессудьте.
Падает на койку и принимает позу эмбриона.
– Тебе помощь нужна? – спрашивает Матвей.
Я решаюсь посмотреть на Мота и понимают, что тот выглядит обеспокоенным. Немедленно хочется что–то сделать, чтобы сгладить ситуацию и помочь. Следуя порыву, подхожу ближе и присаживаюсь на корточки.
– Захар, ты как? Заболел? – спрашиваю осторожно. – Давай я лекарства поищу? Только скажи, что нужно, вы тут самые медики.
