Я опираюсь на спинку стула и громко спрашиваю:
– Чем–нибудь помочь? Кому–нибудь?..
Меня не слышат. Или делают вид, что не слышат. Слезы на глаза зачем–то наворачиваются, но я обещаю себе быть легкой и компанейской. Не мнительной.
Пару минут слоняюсь по кухне, но так и не придумываю себе дело. Матвей обнаруживается у окна, он во всю болтает с одним из моих одногруппников, кажется, они обсуждают машины. Минуту спустя ребята куда–то уходят. Кристина скачет следом.
Возвращаюсь к стулу.
Безымянный парень, охочий до бэушных леденцов, появляется внезапно.
Вручает стопку и говорит:
– Ледяная, попробуй, Юля. Кайф! Пробуй–пробуй, – подносит к моему рту.
Я резко отклоняюсь, примирительно улыбнувшись. Делаю шаг назад. Пульс чуть ускоряется, я хочу домой. Народ начинает скандировать:
– Пей! Пей! Пей!
Да я бы выпила, но не сегодня! Стараюсь отшутиться. На меня начинают давить, настырно уговаривая. Парней так много вокруг! Они наперебой рассказывают, как правильно пить, как запивать, что потом будет.
Делятся опытом и историями.
Я же стою с этой стопкой и не понимаю, что делать. Рядом с Матвеем никогда не лезла за словом в карман. Сейчас же... я просто удивленно всех разглядываю и растерянно улыбаюсь, как дурочка.
Безымянный обнимает меня за плечи.
– Смелее, девочка. Давай! Такая куколка, а зажатая, – подначивает. – Пара стопок и расслабишься. Весь день впереди, мы по пять раз успеем протрезветь. Выпей, Юлёнок. Славик плохого не посоветует, – и указывает на себя. – Не расплескивай, котен.
Выпей до капельки.
В этот момент я отчетливо понимаю, что выпила бы. Единственное, что держит — это ответственность за объект безлимитных обнимашек, поэтому вновь отрицательно качаю головой. Я держусь только благодаря ему.
А так бы сдалась и пошла на поводу. Они просто... я не знаю, психологически сильнее. Я никогда такого не ощущала, разве только перед родителями.
– Юля, ты должна влиться в коллектив! – говорит Маша строго. Поднимает свою стопку. – Иначе дружбы не сложится, что ты как белая ворона.
Давай штрафную. Вместе! Раз–два–три!
Пальцы подрагивают, и водка действительно расплескивается. Мне подливают еще. Теперь до горлышка.
Паника впивается в горло, становится нестерпимо душно. Я хочу отсюда уйти, но кольцо из людей вокруг плотное. Они все смотрят на меня. Они буквально силком заставляют.
Вдруг кто–то хватает мою руку, наклоняется и осушает стопку залпом. Я замираю в ужасе, через секунду понимая, что это Матвей.
Выпил за меня.
