Сам Бродяга обеими руками и ногами был за последний вариант.
И собирался в любом случае воплотить его в реальность, что бы по этому поводу ни думал и решал Хазар. А то мало ли, вдруг произойдет сбой в системе и Тагир Хазаров не оправдает своей страшной славы?
Бродяга не планировал этого допускать.
Репутация — наше все.
— Нас тоже повязали… — скривился Ванька еще сильнее, — я тупо не успел ничего сделать… Пришли в себя уже в этом подвале. Ляля дольше нас пролежала, нанюхалась, наверно, сильнее…
Он глянул на Бродягу, наверно, прочитав что-то в его лице, и добавил торопливо:
— С ней все нормально… Крови нигде не было, ее не били, так что только испугалась… Да и то… Сразу, как в себя пришла, соображать начала, получше многих… Так что не волнуйся, Ар, она — та еще…
Он вернулся взглядом к отцу, продолжил:
— Мы не знали, кто и что, Ляля сказала, что из-за нее… Мы никому не говорили, что мы… Что я — твой… — он запнулся, видно, не зная, как выговорить слово “сын”, но Хазар не стал ждать, опять потянул его на себя, обнял.
И Бродяга в этот момент позавидовал своему другу. Остро и болезненно.
Его ребенок был с ним, в безопасности.
А вот его, Бродяги, малыш… И Котенок… И…
Сдержать лицо получалось с огромным трудом.
— Там здание охраняется, как я понял… — продолжил Ванька, — возможно, меня уже ищут… Я, конечно, хорошо ушел, и позвонить попросил у девчонки какой-то только через три квартала отсюда… Хорошо, что память у меня… Сходу тебя получилось набрать.
Я боюсь, что они, если узнают, кто Анька и кто Ляля, могут… Ну, ты понял…
Хазар кивнул, еще спокойней, чем до этого.
Аминову крышка, определенно.
— Они могут меня хватиться… Хотя, мы с Анькой сделали куклу на кровати, она время потянет, конечно, но надо как-то аккуратно, отец…
Слово это скользнуло по ушам спокойно, без напряга, похоже, Ванька, увлекшись, сам не понял, как его произнес, не заметил…
В отличие от Хазара, у которого чуть дрогнул угол глаза…
И Бродяга опять позавидовал…
И изо всех сил пожелал, чтоб его Ляля сейчас не плакала, не боялась… И их маленький, мальчик или девочка, тоже не боялся у нее в животе.
За каждую слезинку, за каждую секунду страха Аминов заплатит. Так заплатит, что слава об этом пройдет везде, где надо. И его котенка будут обходить десятой дорогой, чтоб, не дай бог, не задеть случайно… И не спровоцировать… На повторение судьбы Аминова.
