— Какой оттенок ярко-синего тебе идет?
— Не знаю, миледи, — ответила Софи.
— Никакой, — ответил Джек.
Софи удивленно подняла брови.
— Когда мне понадобится твое мнение, я вырежу его из тебя.
— В данном случае он прав. Ты будешь удивлена, но у мужчин обычно отличный глаз, когда дело доходит до женской одежды. Посмотри на свое запястье. И ты тоже, Джек.
Оба повернули правые руки, показывая запястья. Она сделала то же самое.
— Видишь, какие синие вены у меня на запястье и у Джека? У нас прохладный оттенок кожи. Вены на твоем запястье имеют легкий зеленый оттенок из-за теплых оттенков твоей прекрасной золотисто-бронзовой кожи.
Холодные цвета, такие как синий, фиолетовый или бирюзовый, не будут хорошо смотреться на тебе.
— Я могла бы надеть белое, — предложила Софи. — Леди Ренда говорит, что белое всегда в тренде.
— Белое для трусов, — сказала Шарлотта. — А леди Ренда динозавр.
Софи поперхнулась чаем. Джек хмыкнул.
— Когда люди говорят белый, они часто имеют в виду действительно льдисто-белый, который имеет прохладный оттенок.
Чистый черный тоже не очень хорошая идея. Джек, из-за более прохладного тона кожи, очень хорошо смотрелся бы в черном, а ты нет. Тон кожи Ричарда похож на твой. Он носит черный, и хотя он очень красивый мужчина, он не сочетается с его кожей, он просто заставляет его выглядеть угрожающе. Настоящий белый — нейтральный цвет, в нем все хорошо смотрятся, но в нем нет ни смелости, ни чувства стиля. Наденешь его, и можешь с таким же успехом объявить, что играешь по правилам. Мы не собираемся так делать.
Мы делаем заявление. — Шарлотта провела рукой по кристаллу, чтобы активировать его. — Цветовое колесо, двенадцатая ступень.
В воздухе над считывателем вспыхнуло сложное цветовое колесо. В центре двенадцать ярких цветов образовывали внутреннее ядро: сначала шли основные оттенки красного, оранжевого, желтого, зеленого, синего и фиолетового. Между ними было шесть переходных оттенков. Дальше от центра цветовое колесо раскалывалось, и каждый из двенадцати внутренних цветов распался на четыре оттенка.
Сразу за центром цветовые оттенки становились темнее, почти не оказывались почти черными. Тонкие, как волосок, линии разделяли колесо на отдельные цвета, каждый новый тон был на тон светлее предыдущего, пока на внешнем ободе колеса цвета не становились почти белыми.
— Это твое секретное оружие. Помнишь, то первое, голубое платье? — Шарлотта кивнула на колесо. — Найди цветной сегмент.
Софи секунду смотрела на него.
— Номер двадцать шесть.
