Кто устоит и не соблазнится, когда им ещё и титулы княжеские, к примеру предложат?
Умные устояли бы. Потому как не захотели быть разменной монетой в чужой игре. Но похоже таких среди московских бояр, было не так много.
— А ты сам решил, что москвичей кто-то на свою сторону сманивает или снова советники подсказали? Не те же самые, что про меня говорили?
Рюрикович скрежетнул зубами.
— Да много их сейчас, разных. Но есть и те, что говорят куда больше остальных. Трещат без умолку. Вернусь, допрошу каждого.
На дыбу отправлю! А семьи в Сибирь сошлю. На вечное поселение.
Сандал уважительно зарычал, а я на момент удивился. Вот тебе и скромный юноша — императорская кровь всё же давала о себе знать. Или так действовал престол, меняющий тех, кто опускался задницей на его металл. Сложно сказать.
— Можно и так. Только ты бы сначала найди кого-то, кто с ментальными техниками работать умеет. И Оболенского с собой прихвати. На всякий случай.
Тот покивал. Посмотрел в окно. Цокнул языком.
— Зима прямо начинается. Снег, холод. Глядишь, скоро всё в сугробах будет.
Мгновение помолчав, повернулся ко мне и без всякого перехода поинтересовался.
— Что думаешь с теми землями делать, что у Цин забрал?
Почему его волнует эта тема, я прекрасно понимал — с точки зрения местоблюстителя престола, было бы неплохо загрести всю захваченную территорию под себя. Но с другой стороны, вхождение в состав империи, имело массу минусов самого разного характера.
Да и того, что вопрос всплывёт прямо сейчас, по дороге к заговорщику, я не ожидал.
Тем не менее, общий контур ответа у меня был готов.
— Хочешь — могу подарить престолу. Возьмёшь под свою руку, в домен Рюриковичей.
Тот воззрился на меня, как на сатира, который отказался от амброзии. А потом до смертного дошло и он возмущённо выдохнул.
— Без единого электрического кабеля? С неработающими заводами и сожжёными электростанциями? Туда четверть казны придётся вбухать, чтобы всё это как-то заработало.
Я с невозмутимым лицом пожал плечами.
— Если я включу их в своё княжество, то тогда казне тоже придётся раскошелиться. Налоги то в имперский бюджет я плачу. И своя доля ответственности на нём тоже лежит. Верно ведь? Те же электростанции, они ведь по закону, все империи принадлежат.
Глаза смертного чуть расширились и тот возмущённо замахал головой, кажется даже забыв о недавнем покушении.
— Хочешь половину расходов на нас повесить? Казна и так пуста.
