Взгляд Рокеля тоже метнулся к лесу, да и все сеченские дружинники напряглись и повставали на ноги. Ена прищурилась, вглядываясь в тени между деревьями. Медведь? Или, может, волки?
Ена не видела ничего странного, но предчувствие сдавило нутро, заставив тревожно насторожиться. Взгляд Рокеля так же лихорадочно шарил по кустам и зелёной листве в поисках причины волнения. Его рука легла на меч."
"Из-под сени деревьев вышел человек. Какой-то пьяница, шёл покачиваясь. Штаны и рубаха перепачканы и местами порваны, длинные волосы скатались в колтуны.
Он плёлся, понурив голову, руки безвольно болтались вдоль тела.
– Возможно, заплутал? – едва слышно бросила Ена, и незнакомец резко замер, как если бы услышал.
– Эй, ты кто и откуда будешь? – громко спросил Рокель. Княжич немного расслабился, но руку с рукояти меча не убрал.
Незнакомец дёрганно двинул головой и поднял затуманенные глаза. Ена нахмурилась, разглядев его болезненный вид, неестественный цвет кожи и странные, почти слепые глаза.
– Кажется, он… болен?
Рокель дёрнул Ену назад, когда мужчина бросился на них, послышался звон обнажаемых мечей.
Незнакомец двигался странно, с какой-то животной остервенелостью, но при этом неуклюже путаясь в ногах. Лезвие в руке Рокеля пело, княжич закрыл Ену собой и в развороте нанёс мощный удар. Ена вскрикнула: голова незнакомца откатилась в сторону, а тело рухнуло под ноги Рокелю. Княжич стремительно отступил обратно к Ене, вглядываясь в полосу лесного массива.
– Ч-что это за б-болезнь? – заикаясь спросила Ена, глядя на безжизненное лицо, вблизи едва напоминающее человека.
Кожа странная, лицо распухшее, а передние зубы и вовсе были выбиты. Но хуже всего было тело. Оно дёрнуло рукой несколько раз прежде, чем затихнуть.
– Он не болен, – ответил Рокель. – Он мёртв.
Без головы-то уж точно, но Ена поняла, что княжич имел в виду вовсе не это. Она вцепилась в ткань рубахи на спине Рокеля: из леса появилось ещё двое, после трое.
Ещё пятеро.
А следом вышла толпа.
Сеченские дружинники окружили Ену и Рокеля.
Чьи-то руки бесцеремонно оттащили девушку назад в самое безопасное место, остальные выстроились знакомым дружинникам строем во главе с Рокелем, у каждого по мечу в руке, и лишь у двоих сеченцев, оставшихся подле неё, было по луку.
Толпа мертвецов скопом бросилась вперёд. Ена в ужасе оцепенела, осознав правоту Рокеля. Живыми эти люди не были, скорее ожившие мертвецы. Кто-то был свежим, другие уже на разных стадиях разложения, поэтому их глаза показались Ене странными.
