Отвечая на поцелуи, наслаждаясь его близостью и восхитительными ощущениями, наполнявшими ее, она невольно начала волноваться. Трепет снова прошел по телу, но Дрю отпустил девушку, прежде чем почувствовал, что с ней творится…
а если бы и почувствовал, отнес бы на счет охватившей ее страсти. Она прижала кончики пальцев к губам, наблюдая, как он перелезает через поручень.
— Не пойму, за что его можно любить, — сказал незаметно появившийся Ричард.
— Шутишь? Да он…
Габриела прикусила язык, поняв, что выдала себя.
Господи, неужели она именно поэтому так сильно боится? Потому, что Дрю грозит опасность? Она любит его. Как глупо с ее стороны…
Ричард обнял ее за плечи.
— Все будет хорошо, милая. Он обожает тебя.
— И всех женщин на свете.
— Как и я, — тихо усмехнулся он, — и все же отдал бы душу за…
— Ш-ш! — прошипела она. — Ричард, умоляю, перестань страдать по чужой жене! Мэлори не позволит и не простит тебе второй попытки. Ты заставляешь меня опасаться за твою жизнь, потому что не желаешь слушать разумного совета.
— А кто сказал, что любовь разумна?
Черт возьми, Ричард прав! В любви нет ничего разумного!
Габриела вздохнула и пожелала ему доброй ночи. Она надеялась, что сможет уснуть и переждать самые тяжелые часы, пока не вернутся мужчины.
Но нервы разгулялись так, что о сне не могло быть и речи. Она не знала, сколько времени провела в мягкой постели Дрю, и, наконец сдавшись, вышла на палубу: как раз вовремя, чтобы увидеть возвращавшиеся шлюпки, в которых не было ни единого свободного места.
Побег удался!
Невероятное облегчение охватило ее. Она сразу ослабела и с трудом добралась до поручня, пытаясь разглядеть отца, но луна окончательно спряталась за тучи, и ей удалось узнать одного Охра. Она едва различала его силуэт, и то лишь потому, что он стоял в шлюпке, плывущей… К кораблю Джеймса? Но почему он не возвращается на «Тритон»? И какого дьявола стоит, зная, что это небезопасно?!
Девушка невольно напряглась. Что-то неладно, совсем неладно…
И едва эта мысль пришла ей в голову, как Охр, закричав: «Это ловушка!» — бросился в воду.
Немедленно раздалось несколько выстрелов: очевидно, он с самого начала находился под прицелом не меньше чем десятка пистолетов. Девушка, напрягая глаза, всматривалась в темную воду, но Охр так и не выплыл.
Габриела вцепилась в поручень, почти парализованная скорбью. Охр не может умереть! Только не ее дорогой друг! И его предупреждение прозвучало слишком поздно.
