Она не признавалась в своих страхах остальным, но что, если отец и его команда истощены или сильно избиты и не смогут двигаться? Они провели в тюрьме почти два месяца, а за это время все могло случиться, тем более что Пьер — воплощенное зло. Неизвестно, кормил ли он заключенных или бросал объедки, которых едва хватало, чтобы выжить! А может, каким-то другим образом притеснял их просто ради развлечения. Да и вообще живы ли матросы Натана? Они ничего не значили для Пьера, поскольку не были частью сделки, и он вполне мог приказать расправиться с ними.
Наконец она немного успокоилась и перестала дрожать. Но к этому времени настала пора спуститься вниз, к остальным.
В этом коротком плавании она так и не смогла поговорить с Дрю. Он стоял за штурвалом и постоянно советовался о чем-то с Охром. По плану Охр собирался сойти на берег вместе с Дрю и Джеймсом. Ричарда не включили в команду спасателей, несмотря на то что он наверняка бы пригодился. Но Джеймсу пришло в голову небрежно бросить, что, будь его воля, Ричард сидел бы в тюрьме.
Джеймс шутил? Возможно. Но Ричард решил не проверять, так это или нет.
«Тритон» и судно Джеймса пришвартовались в маленькой бухточке на западной стороне острова, который тоже был не слишком велик. По прикидкам Биксли, до форта было не больше пятнадцати минут ходьбы в основном по берегу. До рассвета оставалось пять часов. За это время было необходимо пробраться в форт и вызволить пленников. Вполне достаточно, если только все пройдет гладко.
Габриела молча наблюдала, как спускают на воду шлюпку. Несмотря на то что луна спряталась за тучами, все же света было достаточно, и можно было увидеть, как Джеймс уже гребет к берегу. И хотя Габриела сумела немного успокоиться, страх был совсем близко и при малейшей тревоге снова поднимет свою змеиную голову."
"Ей следовало бы настоять на своем и отправиться с ними. Но логика подсказывала, что она будет только помехой. Возможно, им придется сражаться, а какой из нее войн? Но сидеть и ждать невыносимо!
Перед тем как спускаться по трапу, Охр наскоро обнял ее.
— Не волнуйся. Увидишь Натана еще до того, как кончится ночь.
— Знаю. Только береги себя, — успела сказать она, прежде чем Дрю схватил ее в объятия и в присутствии всей команды наградил нежным поцелуем, от которого сжалось сердце: единственное, что было способно разорвать ту ненадежную узду, в которой она держала свои страхи.
