Но он вскинул рыжеватую бровь и небрежно бросил:
— Странно, что не я один обо всем подозревал, верно?
— Подозревал?
— А может, не так уж и странно, — продолжал он так спокойно, словно ничего не происходило. — Достаточно увидеть, с кем ты водишь компанию. И как часто навещаешь самые подозрительные кварталы .в Лондоне.
— Ты не знал, где жили мои друзья, — отмахнулась она, — и, кроме того…"
"— Знал, — перебил он. — Как-то днем последовал за тобой. Просто потому, что скучал в тот день и немного удивился, увидев, как легко ты и твоя горничная отделались от тех мерзавцев, что пытались с вами познакомиться.
Хотя я и мог изобличить себя, вмешавшись в перепалку, но, полагаю, что тоже бы удрал, если бы две женщины наступали на меня, размахивая сумочками и норовя попасть по голове. Я сразу понял, что ты привыкла к подобным знакам внимания.
Габриела смутно припомнила случай, о котором он упомянул. В тот день она пошла на пристань предупредить Ричарда, чтобы не попадался на глаза Мэлори, если не хочет лечь в могилу раньше срока.
Она была очень сердита на друга и не задумалась бы сорвать злость на всяком, кто попытается задержать ее. Габриеле не терпелось высказать Ричарду все, что она о нем думает, особенно теперь, когда над ним нависла вполне реальная угроза. Поэтому двум подозрительным типам, попытавшимся к ним пристать, в тот день действительно не поздоровилось.
Но что, черт побери, это имеет общего с тем скандалом, который затеял Дрю? Или он надеется замять эту историю, так и не объяснив причину своего поступка? Да возможно, и причины не было.
Просто решил пошутить…
— Знаешь, милая, — все так же небрежно продолжал он, — если бы я сам не понял, что ты собой представляешь, никогда бы не поцеловал тебя в тот день в парке.
По мнению девушки, все это не имело никакого отношения к предмету разговора. Вообще непонятно, почему он упоминает о той истории.
И тут Габриела поняла, что предмет не был затронут и он говорит о чем-то совершенно ином. Или она ошибается?
— Почему же поцеловал? — растерянно пролепетала она.
— Раньше я считал тебя девственной и, следовательно, для меня недоступной. После того случая я убедил себя, что ты давно уже потеряла невинность, и все по той причине, что просто умирал от желания попробовать тебя на вкус. Честно говоря, желание сводило меня с ума.
