И все же сознание того, что он в ней, отозвалось волной наслаждения, неуправляемым потоком ощущений, которые он так часто пробуждал в ней раньше.
Она прижалась к нему, вбирая еще глубже. И это оказалось так прекрасно, что она сделала это снова и снова. И, о Господи, поток ощущений затягивал ее все глубже. Взрыв наслаждения превзошел все, что ей довелось испытать в жизни, и продолжался, пока Дрю не сделал первого выпада… а потом, как ни невероятно это звучит, повторился еще раз, в тот момент, когда он яростно изливался в нее.
И замер.
Габриела и сама была не в силах шевельнуться. Она была совершенно обессилена, и по каждой клеточке тела разливалось блаженство. Но почему потом, а не раньше?
Правда, сейчас единственное, на что она оказалась способна, — мирно заснуть.
Глава 33
Габриела не знала, как долго Дрю позволил ей спать. За единственным окном каюты было еще темно, так что по небу судить нельзя. Но, честно говоря, он вообще не будил ее, потому что сидел за маленьким столиком, который при необходимости мог вместить даже четверых.
Правда, двоим было гораздо удобнее.
Он сидел лицом к Габриеле, значит, некоторое время наблюдал за ней. Правда, сейчас, казалось, был глубоко погружен в свои мысли и отчего-то мрачно хмурился.
Она почти не пошевелилась, только слегка повернула голову, чтобы посмотреть, где он. И сейчас была уверена, что он не подозревает о ее пробуждении. Что же, тем лучше. Кроме того, она понятия не имела, как он успел освободиться. Должно быть, ему помогли. Но кто, если его команда была надежно заперта в трюме? Должно быть, предателем оказался один из тех людей, которых Охр нанял в Лондоне.
Что, если кто-то раньше знал Дрю или членов его команды и просто выжидал, чтобы помочь им сбежать?! И если Дрю на свободе, тогда и его команда тоже, а это означает, что ее люди…
Господи, она и подумать боится о том, что сделали с ними американцы! Перед захватом корабля она предупредила своих, чтобы никого не покалечили. У американцев же не было причин щадить «пиратов».
Уж скорее наоборот, тем более после недельного заключения. Охр? Ричард? Да живы ли они?
Но тут новая мысль поразила ее, столь же тревожащая, только в ином смысле. О том, что случилось в этой постели. Она до сих пор ощущала его запах, окружавший ее, напоминавший о безвозвратном падении. Какой идиоткой нужно быть, чтобы принять это за сон?! Но после первых же ласк и поцелуев она прекрасно поняла, что это не сон, поэтому даже не могла привести это в свое оправдание.
