* * *— Соскучился, козлина? — Макс сплюнул, густая слюна повисла на краю кроссовки. — Ну ёпт!
Частое дыхание парня сбивалось на свист. Пахло кровью и немытым телом, а одежда в темных пятнах насквозь промокла. Он вытер лицо тряпкой, но на бровях и щеке осталось несколько багряных капель.
— Извини, что надолго одного оставили. Ну ничего, веселье продолжается! — Максим приставил к стене окровавленный колун.
Вася не слушал. Его голова моталась из стороны в сторону, норовя сорваться с шеи. Раны на лице горели от соленых слез.
Рыдания вырывались из его обезображенного рта, меж разбитых зубов, и разлетались далеко за пределы сарая, разбивались о черную стену ночного леса.
— Ну тише-тише, — Максим обошел привязанного, крепко сжал его голову, чтобы та не дергалась. Наклонился к самому уху. — Ты ведь понял, да? Я их всех нахер порубал. Слышишь? Топором твоим. Головы одну за одной. Слышал, как они сдыхали?
Вася взвыл сильнее.
— Некого тебе больше трахать, да? Некого, — Максим похлопал мужчину по плечу.
— Не скучай, сейчас вернусь.
Вася задыхался. Мир обрушился на него темной громадой в алых разводах, придавил к спинке стула, пережал кадык.
Маша открыла дверь спустя минуту, пропуская парней вперед. Из десятилитровой кастрюли поднимался пар.
— Не отрезали яйца, так хоть сварим, — Сеня нервно хихикнул.
— Неси ровно!
— Так горячо же!
— Полотенце тебе на что дал? Так, раз, два. Три!
Васин крик ударил по ушам одновременно со звоном пустой кастрюли о пол. Вязкая масса дымилась на голых ногах, залила живот, комки свернувшейся крови стекали по ляжкам.
— Да! — Маша подпрыгнула на месте.
— Давайте скорее, пока не застыла! — крикнул Максим.
Перепачканные кровью, они веселились, как дети, которые впервые из любопытства выпотрошили голубя. Скакали вокруг, бросая на Васины ноги шерсть из мешков.
— Так-то, козлина! — смеялась Маша, размазывая по щеке засохшие капли.
— Ну чисто сатир, епта!
— Долго провозились, но оно того стоило, — Максим достал из пачки сигарету красными пальцами.
— Кровь с молоком, бабушкин рецепт! — Сеня прилепил к жертве очередной клок шерсти.
— Вы что, потом это жрали?
— Нет, конечно, это она из детства своего. Да и рецепт там маленько другой…
— Хватит про твою бабку, а то меня прямо здесь… Эй, а этот чего затих?
— Вырубился?"
"— Очухайте его, сейчас вернусь.
Маша подошла к Васе, ударила по щекам. Силой разлепила веко большим пальцем.
— Это еще не все, дружочек. Даже не думай, сука. Ты. Убил. Мою.
