Как там твой змей?
— Василиск, — поправила я, вот если бы еще рассказать, что он реликтовый василиск… но родителям о таком точно знать не стоит. — Отлично.
— А как жених относится к твоему увлечению животными и работе?
— С пониманием, — уклончиво ответила я. Да и что еще остается Ксавьеру? — С некоторыми даже подружился, — и спит в одной постели…
— Я рад, если так. Приятно, когда вторая половинка разделяет или хотя бы понимает твои увлечения, — вот тут отцу не слишком повезло. — И все же зачем тебе этот брак? Ты правда его любишь?
— Он мне дорог, — а ведь действительно дорог, до недавнего времени я и не представляла насколько.
— А наш брак… ну ведь женятся для чего-то люди? — беспечно улыбнулась я и поняла, что немного переиграла.
— Линда, про Дагье говорят всякое, а в последнее время слухи стали совсем необычные, — отец снова нахмурился. Видно, что он переживает за меня и за мой выбор. Я бы тоже переживала на его месте. Я и на своем месте, честно говоря, немного трушу. — Он то пропадает надолго, то появляется и занимается непонятно чем.
Из него вышел не лучший лорд Тайны. Характер слишком неусидчивый. Ему в кабинете сидеть надо, решения принимать, приказы раздавать. А он носится непонятно где, сам преступников ловит, — в голосе лорда Оружия звучало крайнее неодобрение. — Его отец весьма неприятный тип, но дело свое знал. Для такой должности — самое оно был: все вынюхивал и всех подозревал. Ему бы еще лет пять поработать, пока сын остепенится и набегается, смотри, оно бы лучше вышло. Есть мнение, что влез твой Ксавьер куда-то, откуда теперь не получается вылезти.
И мне хочется знать, известно ли тебе что-нибудь об этом?
Я сглотнула. Что делать? Что ответить? Опять беспечно улыбнуться и сказать, что все хорошо? Откровенно соврать отцу?
А отец обманчиво спокойно сидел в кресле, закинув ногу на ногу и крутил напиток в бокале. Ничего особенного, более того, лорда Вируа не прощупать эмпатически, природное ли умение или артефакты, но я слишком хорошо знала отца, чтобы понимать его безо всякой эмпатии, чтобы не видеть, как он переживает.
В домашних брюках, мало чем отличавшихся по крою от его обычных на выход, и мягких туфлях, в небрежно расстегнутой на две верхние пуговицы рубашке. Расслабляться по-настоящему отец себе никогда не позволял. Вечно собранный и сосредоточенный, готовый в любое мгновение принять решение и оценить ситуацию, он и сейчас напряженно ждал моего ответа, с которым я затянула."
"Не думаю, что его сильно интересовал Ксавьер.
