Как-то не ожидала подобного хода. Раньше кроме чая мне ничего не предлагали, к тому же в отцовский кабинет я куда чаще попадала за нагоняем, а не для милой семейной беседы.
— Знаешь, у взрослых детей имеются свои преимущества, например, одним чаем можно не ограничиваться, — а воспоминания у нас одни на двоих. — Вино или что-нибудь покрепче?
— Покрепче, — определилась я. — От вина потом голова будет болеть.
И сразу подумала, что это мы в студенческие годы пили всякую бурду, а у Высокого лорда должны быть нормальные вина, а не дешевая бражка.
Отец понимающе усмехнулся и достал какую-то непочатую бутылку, вскрыл и разлил по бокалам.
— Садись, — кивнул мне на соседнее кресло и передал напиток. Я понюхала, не коньяк, но что-то близкое. Или сорт мне не знаком.
Отец устроился на своем неизменном кресле. Оно, бьюсь об заклад, было то самое, стоявшее здесь задолго до моего рождения. Потертое, продавленное, утратившее изначальный блеск и лоск, но пока кресло не развалится, отец его не поменяет, он даже ткань не перетянул.
А изделия из мореного дуба служат веками.
— Как у тебя дела? — самый нейтральный из возможных вопросов.
— У меня все хорошо.
А как может быть иначе? И плевать, что у меня приличный кредит в банке, смертельно больной жених, отсутствие лекарства, друг со страшной клятвой, обвившей удавкой шею. Для родителей другого ответа не имелось, как говорится: меньше знают — крепче спят.
— Линда, я понимаю, что между нами годы молчания, — вздохнул отец. — Но мне бы хотелось с тобой серьезно поговорить и получить честные ответы.
Я сразу подобралась, готовясь… не знаю, к чему, но точно ни к чему хорошему.
— Расслабься, — отец тут же нахмурился, отчего морщинки на лбу стали еще глубже и заметнее. — Я не собираюсь тебе что-то запрещать или указывать, все равно не послушаешься.
На последнем отец вздохнул, да с дочерью ему не повезло, тут не поспоришь. Я пожала плечами, сделав вид, что я тут как бы не при чем, детей не выбирают. Как и родителей.
— Так ты решил меня напоить, чтобы развязать язык? — но из бокала я отпила.
Вкус, как ни странно, был мягкий, да и градус не такой высокий, как у коньяка.
— Нет, надеюсь, что к таким мерам прибегать не придется. К пыткам тоже — это больше по части твоего жениха, — и по многозначительному взгляду отца я поняла, о чем пойдет разговор.
— Ты против нашего брака? — наверное, еще неделю назад я бы почти обрадовалась этому. А сейчас… сейчас уже не знаю, готова ли я в случае чего разорвать помолвку.
