Здесь мало что изменилось, отец был слишком консервативен и свято чтил память предков, чтобы позволить маме, как она выражалась, несколько освежить и обновить дом и парк. С улыбкой подумалось, что здесь, наверное, не осталось ни одного дерева, на которое бы я не залезла. Леди из меня получалась никудышная с самого детства.
На полпути к дому возле большого фонтана меня поджидал наш старый управляющий. Подумать только, он собирался уходить на покой еще до моего побега, а до сих пор держит это место в своих маленьких, но цепких руках.
— С возвращением, юная леди, — управляющий чуть склонил голову, от глаз разбежались радостные морщинки. — Я уже начал бояться, что так и умру, не узнав, какой вы выросли.
— Мартин, — я сама заулыбалась, радуясь человеку, будто принесшему в себе кусочек моего беззаботного детства. — И не думайте умирать! Где же еще отец найдет такого замечательно профессионала?
— И то верно, куда тут без меня? — засмеялся старик.
Хотя какой старик? Старичок. И без того невысокий, с годами еще усохший, почти на полголовы ниже меня, а рядом с моим отцом он всегда смотрелся комично.
Разросшаяся за годы лысина вытеснила седые волосы на самые края круглой головы. Внимательные глаза с подслеповатым прищуром смотрели из-под тяжелых бровей. Нос слишком крупный для узкого лица, лукавая улыбка. Будь он проще одет (хотя вольности в костюмах Мартин Бьянс не допускал), его можно было бы принять за старичка-лесовичка, о котором рассказывают непослушным детям.
Того и гляди, заведет, заболтает, закрутит да так и оставит бродить в чаще. Меня, с моими вечными побегами из дома в лес, таким регулярно пугали. Но управляющий служил нашей семье верой и правдой уже почти полвека, появившись еще при моем деде, которого я в живых не застала. Удивительный человек, ставший настоящим хранителем поместья.
— Ваш отец просил провести вас через черный ход, — заговорщицким шепотом сообщил Мартин. — Леди Вируа дома, и лорд опасается, что на разговор с ним у вас может не остаться времени.
— Тогда идемте быстрее, — опасливо косясь в сторону дома, поторопила управляющего. Только матушки с ее каталогами не хватало!
Мы пошли окружной дорогой, закрытой от посторонних глаз плотным кустарником. Мартин с трудом поспевал, годы давали о себе знать, так прытко, как раньше, бегать наш управляющий уже не мог. Пришлось подстраиваться под его шаг.
— Наверное, вам странно видеть меня такой? — спросила я.
