Как и я. Как и ты.
Трудно осознавать, что все умерли.
Но еще труднее, просто невыносимо смотреть, как самые близкие люди отворачиваются, отказываются верить. Ты знаешь наверняка, пытаешься объяснить, а тебя просто игнорируют.
– Я тебе рот развяжу. Только не ори. Я просто хочу с тобой поговорить.
Я мычу – да-да, отклей.
Киря дергает скотч, я сдерживаюсь, чтоб не выругаться. Он помогает мне подняться.
Прошу – развяжи. Но прыщавый отказывается. Говорит, что только после беседы освободит. Иначе, говорит, я сбегу.
Ладно, думаю, давай поболтаем, психопат малолетний.
Киваю, продолжай, готов слушать.
Много лет назад Кирилл убежал из дома. Все его старания рассказать людям истину не увенчались успехом. Единственное, чего добился, – что его, как и следовало ожидать, упекли в психбольницу. Затем он долго скитался. В совершенстве научился пользоваться сознанием, научился менять окружения.
– Мир сказок ожил. Понимаешь?
Я киваю.
Любая фантазия стала реальной. Но все эти развлечения скоро наскучили. Кирилл говорит, что сейчас он чувствует себя самым одиноким во вселенной.
Из кармана может достать что угодно. Может из воздуха возвести дом, замок, да хоть целый город. Может все, но не с кем разделить.
– Чего ты от меня хочешь?
Ищет во мне друга? Я выбираю слова, надо как-то повежливее, поспокойнее. Надо, чтобы развязал.
– Мне не нужны друзья. – Он опять отвечает на мои мысли.
Как он это делает? Жутковато.
– Слишком долго я живу в этом мире. Устал. Я хочу прекратить. Прошу. Помоги мне. Ты поможешь мне умереть.
А взамен я научу тебя всему, что знаю и умею.
Он хлопает в ладоши, и на поляну выходят лошади. Два скакуна. Красивых, с тиснеными седлами.
Он забирается на одного.
– Не велосипед, знаю. Но на лошади куда комфортнее в лесу, чем крутить педали.
Мне и страшно, и любопытно. Какой странный пацан. Он не фокусник, он на самом деле волшебник.
– Давай. Соглашайся. Вижу же. Заинтересовал тебя.
Он предлагает, чтобы я его убил, а взамен сделает из меня колдуна? Сделать из меня убийцу взамен исполнения всех моих желаний.
– Тебе не нужно меня убивать. Назовем это помощь. Я сам хочу умереть. Это не убийство.
На этот раз я не удивлен, что он прочитал мои мысли. Наверное, на моем лице сейчас все написано. Но на самом деле в его словах есть смысл. Это как эвтаназия. Это – как прекратить мучение.
– Начнем обучение?
– Для начала развяжи. – Не успеваю договорить, замечаю, что на мне нет никаких веревок.
Индиго или как таких детей называют?
Колдун. Маг.
