— подбадривает меня акушерка.
— Немного, это сколько? — лепечу я. — Часа два?
— Где-то так. — кивает женщина.
Ничего себе, немного! Я же с ума сойду за два часа… От боли уже сейчас готова выть и на стену лезть.
Надя говорила, что роды — это больно, но не говорила, что настолько!
Хорошо, что позвонила Михаилу. У нас с ним был уговор, как все начнется, я еду в ту самую частную клинику, где лежала на сохранении вначале, и рожаю только там. Я не хотела, чтобы Воронов присутствовал на родах, потому что полагала, что, во-первых, мужчине совершенно нечего делать на родах, а во-вторых, мы с ним не настолько близки, чтобы посвящать его в этот процесс.
Сам же Михаил настаивал на своем присутствии, и теперь мне чертовски его не хватает!
Не успевает пройти долгих и мучительных пяти минут после звонка, как в палату вбегает ошеломленный Воронов.
— Как, ты, милая? — он тут же подается ко мне, целует в губы, сжимает руку в ободряющем жесте.
— Вы так быстро приехали… — не вертится мне. — Или я уже в бреду от болевого шока?
— Ты в бреду тоже выкаешь? — поднимает бровь Воронов.
— Давай уже на «ты» будем общаться, а то мне не по себе.
Смотрю на «галлюцинацию» Михаила Захаровича и не могу сдержать улыбки: бледный, растерянный, глазищи черные, огромные, в медицинском халате и шапочке он выглядит кхм… забавно.
— Я здесь, любимая, рядом. — гладит меня по влажному лбу. — Я давно уже тут жду, когда ты меня позовёшь.
— Но… как вы догадались?
— У нас был уговор с медперсоналом, что как только тебя доставляют в родильную палату, они сразу сообщают мне.
Я был в суде, милая, по делу Пузырева и Ольги Васильевны, мне сообщили, и я прилетел сюда.
— Почему сразу не пришел?! — обиженно интересуюсь я.
— Ждал, когда ты меня позовешь. Не хотел давить. Ты же просила — не давить.
Да, точно. Но мысль не дает мне додумать очередная схватка.
— М-м-м… — мычу я.
— Так, милая, ты неправильно схватку переживаешь, вспомни, как нас учили на курсах для беременных. — Михаил тут же начинает заниматься привычным ему делом — командовать процессом.
— В коленно-локтевую, голову на подушку. Дыши, а я буду массировать тебе позвоночник.
Да, Миша возил меня на курсы для беременных как на работу, и активно готовился помогать мне на родах. Помню, что была категорически против, но он настоял — был чуть ли не единственным папочкой на курсах, и оказался прав.
Его присутствие, его забота, его уверенные касания и массирование моей поясницы облегчают мою боль.
