В комплекте с диваном шли кресла, огромный плазменный телевизор — подарок от магазина (да-да, ага!) и не менее огромная корзина фруктов, с полным курсом витаминов для беременных. А еще на мою зарплатную карту с ночи упала крупная сумма денег.
Я звонила Михаилу Захаровичу в офис, чтобы возмутиться и вернуть ему деньги обратно, но он заявил, что это не мне, а дочери, поэтому мне пришлось заткнуться и сходить, купить нам с ней просторные платья, которые нигде не жмут, и верхнюю одежду, а то уже молния куртки не сходилась на пузике.
Мне было неприятно тратить деньги Михаила, но с другой стороны, он принимал самое активное участие в создании ребенка, и вполне логично, что он хочет обеспечить ему комфортное развитие.
А сейчас я стою на смене и перемываю у раковины кофейные кружки уже в трехсотый раз. Посетителей сегодня много, и менеджер подгоняет меня шевелиться быстрее.
Время близится к закрытию, и я еле стою на ногах. Такое чувство, что скоро вены вылезут от нагрузок.
Наверно, Михаил прав, и мне уже пора отправлять себя в декретный отпуск, ибо до родов я попросту не выживу.
— Покажите мне ее! Я хочу ее видеть! — раздается противный взвизгивающий фальцет. — Я знаю, что эта овца тупая у вас работает! И это именно она так хреново моет чашки!
С удивлением оборачиваюсь на дебошира. Посуду я мою отлично, и могу поручиться за свою работу. А вот в лице наглого смутьяна я с изумлением узнаю Лешу! Моего бывшего, который избил меня вначале беременности!
— Вот я тебя и нашел, овца тупая! — обнажив в оскале желтые зубы бывший идет на меня.
— Пузатая, значит. Не наврала мне. Решила своего приблудыша оставить! Я тебя сейчас проучу!
Роняю чашку на пол. Веер мелких осколков разлетается по кафелю. Леша продолжает идти на меня, и его зверская физиономия не предвещает ничего подобного. Я понимаю, что если он сейчас снова изобьет меня, то я просто потеряю ребеночка, ибо срок уже большой и опасный.
— Ну что, овца тупая, готова снова познакомиться с моим кулаком?
— А ты готов?! — гремит за его спиной рассерженный баритон.
— Что за х***ня?! — разворачивается в недоумении бывший, и тут же летит вниз со сломанным носом.
Михаил Захарович! Как он тут появился? Какая разница, как! Главное, что во-время! Главное, что защитил меня и своего ребеночка от этой мрази.
— Ну здарова, гавно! — поднимает Михаил Алексея за шкирку. — но только за тем, чтобы обрушить на него новый удар.
