Кожа да кости.
– Там еще одна такая же есть, – возразил второй. – В этот раз привезли плохое мясо. Нам всё равно не хватает. Старуха опять будет ворчать…
– Пусть довольствуется тем, что дают, – грубо оборвал второй. – Давай же. Кто ею займется?
– Давай я.
Чьи-то руки с легкостью подняли ее с земли. Голова кружилась, во рту пересохло так, что язык, казалось, до крови царапал нёбо. Она слабо вскинула руку и отлепила от лица прядь волос в запекшейся крови.
– Пить… Пожалуйста… – прошептала Яна, но никто ее не слушал.
Несчастные пленники, которые были в клетке, даже не попытались ей помочь.
Ее бросили на жесткий дощатый помост. Яна попыталась глубоко вздохнуть, но ее тут же вывернуло наизнанку – в воздухе был разлит отвратительный запах гниющей крови и парного мяса.
– А ты не мог быстрее, пока она тут всё не уделала? – расстроился один из негодяев.
– Не надо… – прошептала она треснувшими губами, но ее никто не слушал.
Страха по-прежнему не было. Она наблюдала за происходящим будто со стороны, словно ее душа решила преждевременно покинуть тело, по которому пульсирующее сердце еще гоняло кровь.
Яна увидела лезвие огромного топора, блеснувшее в солнечных лучах.
И в следующий момент наступила темнота.
* * *– Они отрубили ей голову, – потрясенно прошептал мужчина, лицо которого побледнело под слоем рваного морского загара. – Я видел ее голову в корзине."
"Он находился в клетке не один. Чуть поодаль от него лежал, забывшись в полуобморочном сне, мужчина средних лет, с солнечными волдырями на покрасневшем лице.
Был еще один мужчина – бледный, в глазах его плескалось безумие. Видимо, он находился в плену слишком давно и потерял ощущение реальности. Он бормотал что-то бессвязное сухими губами, а если к нему пытались обратиться, порывисто обнимал себя руками, как будто пытался защититься от удара. Когда мрачная женщина принесла корзину с едой – вареный рис и фрукты, он единственный не попытался притронуться к пище.
В клетке находилась и женщина – немолодая, но не растерявшая красоты.
От внимательного взгляда Романа, всегда умевшего замечать мелочи, не укрылась ее ухоженность – хороший маникюр, гладкая кожа, дорого покрашенные волосы, кулон с внушающим уважение бриллиантом.
– Я не понимаю, что происходит, – еле слышно прошептала она.
– Вы тут давно? – тихо спросил Роман.
– Второй день. Я тут с младшей сестрой, у нее… проблемы со здоровьем.
– А ее тоже…
– Нет! – испуганно перебила она. – Не надо так.
