Ее отволокли куда-то в другое место… У меня сейчас истерика начнется.
Женщину и правда мелко трясло. Роман придвинулся поближе. От нее густо пахло потом, пылью и сладкими ванильными духами.
– Не стоит, – почти в ухо прошептал он. – Нельзя выходить из себя. Та девушка, которую они… В общем, она кричала и билась. Это опасно – проявлять чувства, когда ты в плену.
– Без таблеток у моей Насти начнется приступ, – всхлипнула женщина. – И это я… я уговорила ее сюда поехать… А вас тоже похитили?
Роман мрачно покачал головой.
– Нет. Мы были на яхте, напоролись на скалу. Выплыли на пляж, ночь просидели на песке. Утром появились эти люди… Как вас зовут?
– Лариса.
– Роман. Слушайте, они говорили такое! Говорили о нас как о… мясе. «Мы нашли мясо» – так они говорили.
– Меня сейчас вырвет.
Лариса пошатнулась, и он зачерпнул воды из огромного кувшина, который находился в клетке, и поднес ладонь к ее лицу. Она сделала несколько шумных глотков.
– Зачем это всё? – По ее щеке поползла крупная слезинка, оставившая беловатый след на пыльной коже… – Мясо… Значит, они собираются кого-то нами кормить? Но кого? Они что, людоеды?
* * *Лариса никогда не считала себя уравновешенной женщиной.
Напротив, она привыкла гордиться своей горячей кровью, своей смелостью, которая часто толкала ее на импульсивные поступки. Там, где другие взвешивали, анализировали, сопоставляли возможное будущее с накопленным опытом, она с легкостью рубила сплеча. В этом была роскошь свободы – поступать по сердцу, следовать порывам души.
Но оказавшись в клетке, она растерялась, впервые в жизни не зная, как поступить. Сердце требовало атаки. Кричать, попробовать сломать деревянные прутья, звать Настю в надежде хотя бы услышать ее голос, угрожать похитителям всеми карами мира, испробовать на них весь спектр возможного спасительного вранья: «Мой муж – крупная шишка в Интерполе», или «Я из семьи черных магов и сейчас прокляну вас всех до тридцать пятого колена». Но разум говорил: не стоит, подожди, обстоятельства так быстро меняются, что, возможно, через четверть часа выход найдется сам собой.
Лариса даже заставила себя поесть пресный рис. Нельзя свалиться в обморок от усталости – физические силы ей потребуются, если она решится убежать.
Ей удалось немного успокоиться.
Исподтишка она разглядывала своих товарищей по несчастью, которые оказались с ней в одной клетке. Все они, кроме мужчины, представившегося Романом, производили впечатление обреченных.
