Он не произнёс ни слова с момента, когда их вывели со смотровой площадки, но теперь они вернулись в королевские покои без Малкольма, и его прорвало.
– Орион убьёт его. – Он прошёл по всей гостиной, впиваясь ногтями в ладони. – Он казнит Малкольма при первой же возможности, и…
– И развяжет войну с Царством Зверей? – мягко спросила мама. – Он на это не пойдёт, Саймон.
– Ещё как пойдёт. – Тот резко развернулся; лицо пылало, глаза щипало от слёз – то ли от страха, то ли от гнева, то ли от раздражения. Может, от всего вместе.
– Он убил дядю Дэррила. Убил папу. И дядю Малкольма убьёт. Его нужно остановить.
– Правда? – раздался насмешливый голос из дверного проёма.
Саймон напрягся всем телом и лишь чудом сдержался, чтобы не обернуться кем-нибудь и не разорвать Ориона на части.
– Зачем ты пришёл? – сухо спросил он.
Орион выглядел невероятно самодовольно: он опирался на трость, а на лице сверкала ухмылка.
– В основном – позлорадствовать, – ответил он. – А ещё я хотел тебя поблагодарить, Саймон.
– За что? – выплюнул он. Уинтер подошла к нему и коснулась спины – то ли чтобы утешить, то ли чтобы сдержать, если он вдруг сорвётся.
– За то, что рассказал парламенту про мои планы, – ответил Орион. – Рад сообщить, что они отреагировали крайне положительно. Даже Натаниэль Халсион, чьего сына сегодня судили, в восторге от действий, которые я предпринял ради защиты нашего Царства. Понимаю, ты добивался не этого, – добавил он. – Ты хотел напугать их, чтобы меня свергли. Однако ты совершил нечто невероятное, мой мальчик.
Ты объединил девять благородных семей, и теперь они хотят заполучить Хищника и вернуть Царству Птиц былые мощь и славу.
Саймон тяжело опустился на диван.
– Поздравляю, – опустошённо произнёс он. Как и всегда – он хотел поступить правильно, а в итоге сделал только хуже. – Что будет с дядей Малкольмом?
Орион слегка приподнял плечо.
– Казнь на закате звучит поэтично, согласись?
– На закате? – Саймон подскочил на ноги. – Сегодня? Но ещё даже суда не было!
– Он чужак, он не достоин суда, – сказал Орион.
– И, если ты забыл, он открыто признал своё участие в заговоре против короны.
– Я тоже, – прорычал Саймон. – Что, меня тоже казнишь?
Дед склонил голову, будто всерьёз обдумывал предложение.
– Пока нет, – негромко решил он. – Пусть это будет тебе уроком. Не стоит со мной ссориться, Саймон, пора бы тебе это уяснить…
Дверь распахнулась, и в комнату ворвался мужчина в голубой мантии, едва не влетев в Ориона.
