19
Алексей возвращался в город, погружённый в тяжёлые мысли. С одной стороны, выполнил задачу — пристроил тёщу в хорошую клинику. Но другой вопрос — самый для него важный и трудный — так и оставался нерешённым.
Нужно поговорить с Вероникой, покаяться перед ней, попытаться вымолить прощение. Но Алексей так и не знал, как это сделать.
Кинуться в ноги? Ползать на коленях?
Не представлял себя в таком положении. Да и Ника вряд ли поймёт, если он станет унижаться. Она привыкла видеть его сильным, независимо от того, прав он был или нет.
Да, он чувствует себя ужасно виноватым, но превратиться в пыль у ног женщины он всё равно не готов.
Ника и так смотрит с презрением. Наверняка, давно разлюбила и прокляла.
А он точно не разлюбил. Наоборот, любит всё сильнее, сходит с ума каждый раз, когда видит Веронику. А когда вспоминает их случайный секс — тогда и вовсе слетает с катушек, превращается в комок нервов, сгорает от дикого неутолённого желания. Приходится каждый раз сражаться с собой.
…Ника открыла дверь, и Алексея уже привычно прошило молнией от головы до пяток. Заплаканная, несчастная, но… Всё равно безумно красивая и желанная.
— Как ты доехал? — скованно спросила бывшая супруга. В квартире было тихо.
— Всё нормально.
— Зайдёшь?
— Ну, если не прогонишь… — Васнецов снял куртку и посмотрел на часы. — Скоро уже Егорку из садика забирать.
— Я включу чайник. Хочешь, иди на Дашку полюбуйся. Спит, как ангел. Пухленькая такая, розовенькая.
— Что ты с ней делаешь? — удивился Алексей. — Почему у меня она не спала?
— Вот не знаю.
На кухне зашумел чайник, Васнецов вернулся из спальни и устроился за столом. Вид у него был напряжённый — будто что-то замыслил.
Ника тоже явно нервничала. Похоже, эти двое не могли спокойно находиться рядом: их биополя, соприкасаясь, начинали искрить.
— Егорка без ума от тренера. Сказал, что очень крутой дяденька, — заметила Ника. — Где ты его нашёл? Он твой друг?
— Вместе когда-то играли.
Навёл справки и обнаружил, что он здесь живёт. Работает, занимается с пацанами. Берёт даже самых маленьких. Егорка очень ему понравился. Классный мальчишка. Шустрый, смелый…
Васнецов помедлил, потом, сделав над собой усилие, произнёс:
— Спасибо тебе, что вырастила такого славного парня.
Ника на секунду удивлённо замерла, но тут же горько усмехнулась:
— Да, Васнецов. Ты пропустил всё самое интересное — не видел, как рос твой сын.
