При продвижении вперёд урывками могло повезти.
Едва погасла ракета, Фирсов махнул рукой, указывая вперёд.
Невидимыми призраками разведчики перемахнули траншею и упали в десятке метров от бруствера.
Снова хлопнула ракетница, потом прозвучал пулемёт.
Ракета погасла, и разведчики без команды поднялись и побежали. Каждый про себя вёл счёт. Когда время приблизилось к минуте, все снова залегли. Немцы педанты, ели, спали, стреляли — всё по распорядку.
В небо снова взмыла ракета. При её свете разведчики увидели впереди заграждения из колючей проволоки.
Фирсов передал по цепочке:
— Сапёра вперёд.
Алексей пополз.
Вот и вбитые в землю колья, между которыми натянута колючая проволока. Можно перерезать, но на проволоке могут висеть пустые консервные банки. Звякнут, поднимут тревогу, а до немцев всего метров шестьдесят-семьдесят.
Стволом автомата Алексей подцепил нижний ряд и медленно приподнял проволоку. Теперь под ней вполне можно было проползти. А разведчики были уже рядом.
Алексей махнул рукой. Один за другим мимо него проползла вся группа — все восемь человек.
Последним был он сам, держа проволоку рукой. К нашим траншеям он полз впереди, ощупывая пространство перед собой — немцы вполне могли поставить мины. В перчатках тонкую проволоку не нащупать, и Алексей ощупывал путь перед собой голой рукой. Хорошо — проход узкий требовался, в полметра, на одного человека.
Остальные ползли по его следу.
Кисть руки быстро замёрзла, и Алексей останавливался, дышал на неё, согревая пальцы, а потом снова полз вперёд.
Кончики пальцев начало покалывать. Он снова остановился и сунул руку за пазуху, отогревая её.
— Чего разлёгся? — дёрнул его за ногу Фирсов.
— Рука закоченела, не чувствую ничего.
Они уже отползли от немцев метров на двести — двести пятьдесят, а наших даже ещё и не было слышно. Не тянуло дымком табачным, не слышно было разговоров, бряцания оружием."
"Алексея разобрала злость — да где же эта передовая? Он шарил рукой и полз. Да, видимо, поторопился. Кисть замёрзла, он в очередной раз стал на неё дышать, и увидел прямо перед лицом, в десяти сантиметрах, взрыватель немецкой прыгающей мины.
А ведь его рука уже прошла над ней… Двинься он вперёд — и вся группа погибнет.
Алексей отполз на метр назад, зацепив сапогом голову старшего сержанта.
— Ты чего?
— Мина.
Мины рядом никогда не ставились, между противопехотными всегда была дистанция метров десять-пятнадцать.
Алексей прополз стороной. Теперь он задействовал и левую руку.
