Пендергаст быстро ввел его в курс дела, опустив определенные мелкие – но существенные – детали. Потом все вместе они пошли к Эспозито в офис против бурного потока прущих навстречу японских туристов.
Над высоким сводчатым входом в казармы д'Агоста впервые с приезда увидел итальянский флаг – полотнище вяло повисло в безжизненном воздухе. По коридору с анфиладой колонн они попали во внутренний дворик. Некогда прекрасный, он был забит фургонами и легковыми автомобилями так плотно и с такой геометрической точностью, что казалось, будто ни одна из машин не сможет выехать.
Из раскрытых окон доносились многократно усиленные и искаженные замкнутым пространством голоса, перезвон телефонов и хлопанье дверьми.
Дальше был еще один коридор с колоннами, статуей святого и фресками на религиозную тему, которые успели порядком осыпаться. По массивной каменной лестнице полковник вывел посетителей в муравейник из кабинетов-клетушек, на которые разбили зал с колоннами.
– Наша caserma, – пояснял на ходу Эспозито, – это бывший монастырь при церкви Оньисанти.
Вон та большая комната – секретарское бюро, а за ним, – он махнул рукой в сторону мощных дубовых дверей, – рабочие кабинеты офицеров, обустроенные в бывших монашеских кельях.
В конце коридора их ожидало восхождение по лестничному пролету, а наверху – дверь. Наверное, раньше здесь был тайный ход, решил д'Агоста, когда увидел за ней винтовую лестницу. Взойдя по узким ступенькам, Эспозито повел гостей через комнаты, заполненные людьми, а еще – запахом плесени и перегревшихся факсов.
Внезапно полковник остановился у маленькой грязной двери, с одним только номером. Улыбнувшись, карабинер толкнул ее и сделал приглашающий жест.
Залитая светом комната оканчивалась застекленной лоджией. Инстинктивно подойдя к ней, д'Агоста залюбовался видом на южную часть Флоренции, на реку Арно.
И отсюда, сверху, город наконец предстал таким, каким его и хотелось видеть: городом куполов, башен, черепичных крыш, площадей и садов, окруженным крутыми холмами, на которых среди зелени, будто в сказке, высились замки.
Мост Понте-Веккьо, дворец Питти, сады Боболи, церковь Сан-Фредьяно в Кастелло, а дальше – холм Беллосгуардо... Д'Агоста не сразу смог оторваться, чтобы осмотреть уже сам кабинет.
Большое открытое помещение занимали столы красного дерева. Поражала напольная мозаика из цветного мрамора, за столетия отполированная тысячами ног. А с гигантских портретов на аккуратно оштукатуренных стенах на гостей взирали старики в латах.
