– Компенсационная дискриминация?
– Скорее уж запоздалая компенсация. Многие из нас поднялись, когда комиссар Рокер снял гирю притеснения с женщин-полицейских. Тут же выяснилось, что в полиции нет женщин в чине старшего офицера – дискриминация там была всегда, – и нас в панике начали продвигать. Я оказалась в нужном месте, в нужное время, с нужными результатами теста и рекомендациями.
– Значит, амбиции и талант здесь ни при чем?
– Я бы так не сказала, – улыбнулась Хейворд.
– Я тоже. – Винсент отпил вина.
– Где ты выросла?
– В Мейконе, штат Джорджия. Мой отец был сварщиком, мама – домохозяйкой. Старший брат погиб во Вьетнаме, под огнем своих же войск. Мне тогда только восемь исполнилось.
– Прости.
Хейворд вздохнула.
– Родители так и не оправились. Через год умер папа, а еще через год – мама. Оба от рака, хотя я думаю, в могилу их свело горе. Они ведь гордились братом, он был их отрадой.
– Да, представляю.
– Так что меня воспитывала бабушка, в Айслипе. Она просто чудо, но все равно я поняла, как одинока в этом мире, и, случись что, никто никому не надерет за меня задницу.
Пришлось учиться стоять за себя самой.
– У тебя хорошо получается.
– Это все игра.
– Ты правда хочешь стать комиссаром? – помолчав, спросил д'Агоста.
Улыбнувшись и не ответив, Хейворд подняла бокал.
– Молодец, что вернулся, Винни.
– Так выпьем за это. Не представляешь, как мне не хватало Нью-Йорка.
– Нигде в мире полицейским не работается так здорово.
– Если б я знал и ценил это тогда, когда служил лейтенантом, во время убийств в музее.
.. Я-то думал, хорошо бы сменить город на пригород, дышать свежим воздухом, слушать птиц, наблюдать, как листья меняют цвет. Я хотел каждое воскресенье ходить на рыбалку. Но знаешь, рыбалка – это такая скучища. Птицы не дают выспаться, а вместо роскошного ресторана приходится довольствоваться дешевой забегаловкой в Радиум-Хот-Спрингс.
– И там по цене здешних пончиков ты можешь накормить семью из четырех человек?
– Ну да.
Только кому захочется жареное куриное филе за девять баксов, когда за сорок один можно заказать филе утки, присыпанное красным перцем?!
– Вот за это я и люблю Нью-Йорк, – рассмеялась Хейворд. – Здесь все ненормально, все вверх тормашками. Здесь мы ужинаем в одном зале с Мадонной и Майклом Дугласом.
– В Нью-Йорке можно свихнуться, зато никогда не бывает скучно.
Хейворд отпила вина, и тут же подбежал официант – заново наполнить ее бокал.
