Не знаю, откуда Дима ехал, но приехал он быстро — минут за десять, я только-только успела одеться и наполовину высушить волосы.
Услышав звонок в дверь, я неохотно выключила фен и пошла открывать дверь. Хоть бы на телефон позвонил, что подъезжает, так нет же — сразу в звонок.
Словом, я распахнула перед ним дверь не с самым доброжелательным выражением лица. Мартынов же приветливо мне улыбался, словно ничего не заметил.
— Привет, — сухо поздоровалась я.
Дима переминался с ноги на ногу на пороге.
— Можно мне войти?
Я злорадно подумала, что произойдет, если я скажу ""нет"", а он попробует переступить порог.
Как подействует на него защитное заклинание? Золотаревский обещал, что оно причинит боль незваному гостю.
Боль… Я внутренне содрогнулась. Я никому не хотела причинять боль.
— Проходи, — я шире распахнула дверь, впуская его, а затем закрыла ее за ним. — Зачем ты пришел?
Дима смотрел на меня, как ни в чем не бывало, мило улыбаясь.
— Вот так с ходу? — хмыкнул он. — Может быть, хотя бы чаем напоишь?"
"Я была зла.
Я хотела быстрее поехать в больницу к Кириллу, а не тратить время на пустые разговоры, но похоже, с Мартыновым можно было либо по-хорошему, либо действительно его поджарить.
Сегодня я решила быть положительным героем.
— Хорошо, — сдалась я. — Давай попьем чай.
Дима победно улыбнулся и стал разуваться. Я опустила глаза, и мое сердце чуть было не остановилось от шока. Мартынов сказал мне когда-то, что он не любит зимнюю обувь, и предпочитает носить обычные ботинки всю зиму.
И эти ботинки я хорошо помнила. Их я никогда не забывала. С тех пор, как увидела из-под кровати в доме Нины Акимовой.
""Зверь, это он!"" — мысленно закричала я, но ничего не успела сделать.
У Мартынова был дар Кирилла, он почувствовал, что я все поняла, мгновенно. У меня не было ни единого шанса.
Дима даже не стал применять волшебную силу. Он с размаха ударил меня со всей силы по лицу.
И я провалилась во тьму.
* * *""Очнись, — гудел Зверь в моей голове. — Да очнись же ты!""
""Что произошло?"" — я попыталась пошевелиться, но не смогла.
Я чувствовала себя ужасно. Голова кружилась, и я не могла понять, что со мной. На губах ощущался вкус крови.
""Что произошло? — голос Зверя был переполнен яростью. — А то, что Главный Капюшон — это твой Дима! И его моральные принципы вполне позволили шибануть тебя так, что не будь меня, у тебя бы черепушка сложилась вдвое! — он немного сбавил тон: — Я все залечил, просто кровь на губах осталась"".
