— А такой бодрый был… — она осеклась, оценивая сцену смерти, костюм, галстук позу. Теперь и я заметила несколько баночек с таблетками, стоящими на прикроватной тумбочке, а рядом бокал с недопитым коньяком. — Боже мой… — ее глаза стали испуганными. — Да тут нужно полицию, а не ""скорую"" вызывать!
Я сделала умоляющие глаза.
— Ладно, — сдалась она. — Сейчас позвоню, — женщина нашла взглядом стационарный телефон на стене и пошаркала к нему, потом снова обернулась ко мне: — А ты ему кто? Дочь? — и ответила сама себе: — Так у него, вроде, сын…
— Я у него работаю, — быстро ответила я.
— Договорились, что зайду вечером, он даст мне книгу, а прихожу, а он… — мой голос сорвался.
— Понятно, — протянула женщина. — Я в полицию, а ты его сыну позвони. Телефон знаешь?
Я послушно закивала. Все-таки это была отличная идея — привлечь соседей, теперь моя версия событий выглядела еще более натуральной.
Когда соседка начала набирать номер, я выскользнула с соседнее помещение, щелкнула выключателем, это оказалась кухня, правда не менее огромная, чем комната.
Я вышла, потому что не хотела, чтобы женщина услышала, как мой голос из испуганно-истеричного становится спокойным и безжизненным.
Кирилл взял трубку после первого гудка.
— Я тебя слушаю.
У меня сжалось сердце от того, что я должна была ему сказать. Это все было неправильно, несправедливо. Не должны умирать такие люди, ни за что не должны…
— Ты в городе? — спросила я.
— Да, — его голос стал настороженным. — Я дома. Что случилось?
Я сглотнула, слова из себя пришлось выдавливать, язык отказывался произносить то, что должен был.
— Владимир Петрович… — вот теперь мой голос сорвался по-настоящему.
— Что с ним? — тон Кирилла стал требовательным и напряженным.
— Он… он умер, — выдохнула я. В трубке была тишина, я даже испугалась, что связь прервалась. — Ты меня слышишь?
— Да, — голос Кирилла изменился до неузнаваемости. — Где ты?
— У него в квартире.
— Что ты?… А, к черту, не важно… Сейчас приеду.
Я не успела ничего ответить, когда услышала гудки.
Зажмурилась.
""Все правильно, — заговорил, молчавший до этого Зверь. — Ты все делаешь правильно. Успокаивайся"".
""Я спокойна"".
""Еще спокойнее. Сейчас, когда Кирилл приедет, ты не должна добить его еще и своими переживаниями""."
"""Знаю"", — кажется, теперь я была способна лишь на односложные ответы.
Меня знобило. Я подняла руку к волосам и обнаружила, что на мне все еще надета шапка. Я стянула ее нетерпеливым движением и сунула в карман куртки.
