— Что у вас тут стряслось?
— Мальчики поиграли, — отрезал Золотаревский, давая понять, что вопрос закрыт. — А теперь прошу всех сделать над собой усилие и сосредоточиться на собрании.
Никто, слава тебе, Господи, не высказал возражений.
Вот это утро!
""Он, и правда, твой рыцарь, — не удержался от комментария Зверь. — Защищает честь дамы"".
Мой рыцарь, я с трудом сдержала улыбку при этой мысли, потом опять погрустнела. Звучало это сказочно, но в реальности все было гораздо сложнее.
Тем временем Владимир Петрович начал собрание.
— Полагаю, все вы в курсе того, что произошло в Яслях на этих выходных, — сказал он без предисловий.
Я вскинула голову и обнаружила, что все кивают в знак согласия. Я, что, единственная, кому ничего не сообщили? Черт бы побрал Леночку, лучше бы рассказала действительно важные вещи, чем перемывала мне кости!
— Я не в курсе, — я решила немедленно подать голос, пока мы не проехали эту тему, неприятно было осознавать, что мы со Зверем единственные, кто ничего не знает.
Я внимательнее посмотрела на Кирилла и обнаружила то, что под приливом чувств с утра совершенно не заметила: он выглядел уставшим. Неужели опять беда?
— Видишь ли, — обратился Золотаревский уже непосредственно ко мне, — в последние дни ты мало проявляла интерес к нашим собраниям, видимо, поэтому никто и не стал тебя дергать в выходные. И я в том числе.
Я сжала губы. Что ж, я это заслужила."
"""А я говорил, что твоя апатия непозволительная роскошь в нашем положении"", — высказался Зверь.
— Кир, может быть, ты расскажешь лучше меня? — попросил Владимир Петрович.
Я тут же повернулась к Кириллу всем корпусом. Мне все больше не нравилось происходящее.
— В субботу утром все были разбужены лаем, — сказал Кирилл. — По всему периметру забора собрались собаки. Откуда они взялись, неизвестно. Возможно, из окрестных деревень. Но, судя по количеству, из города тоже. Было даже несколько волков. Хотя, как известно, в лесу неподалеку от Яслей их никто никогда не встречал.
— Дар Илоны, — в ужасе прошептала я.
Кирилл кивнул моей догадке.
— Их было очень много, сотни бродячих собак. Я с трудом смог проехать к воротам, они не хотели пропускать машину.
Не хотели пропускать? Звучало так, будто они просто стояли и смотрели.
— То есть, не нападали? — уточнила я.
— В том-то и дело. Просто стояли, устрашающе скаля зубы. Простояли часа два и ушли.
— Мы полагаем, это было предупреждение, — Золотаревский снова забрал себе инициативу.
