Светлана продолжала не сводить с меня глаз, видимо, оценивая мой внешний вид.
— Ни разу не видела тебя без юбки и шпилек, — прокомментировала она, подтвердив мое предположение.
— А еще без дурацкой шишки на голове, а-ля училка? — усмехнулась я.
Действительно, все, что я с собой делала в последние годы, сегодня казалось мне абсурдным и не требующим стольких усилий — потерянное время.
Светлана молча кивнула, у нее даже рот приоткрылся от удивления. Наверное, я действительно вела себя странно, но я так хорошо себя чувствовала, что меня это не волновало.
— Изка, ты такая странная, — протянула она, а потом сделала вывод в своем духе: — Замуж тебе надо, пока башню совсем не снесло.
Я замерла с протянутой рукой к папке с документами на верхней полке стеллажа. Меня накрыла волна жгучего раздражения. Я чувствовала, как это раздражение растет внутри меня, пока не поглотило всю целиком. Меня давно подмывало прямо сказать ей, чтобы она перестала комментировать отсутствие моей личной жизни и занялась своей, мы не подруги, а всего лишь коллеги, приятельницы, единственные женщины в мужском коллективе, держащиеся вместе, но не…
Дальше я не думала, меня понесло, словно лавину прорвало.
Как много времени в своей жизни я потратила, сдерживаясь, контролируя себя, пытаясь не выглядеть глупо, или не обидеть, или не нарушить субординацию, но сегодня со мной точно было что-то не так, и, черт возьми, мне это нравилось.
Я резко повернулась и двинулась в ее сторону.
— Никогда-больше-не-говори-о-моей-личной-жизни! — прошипела я, чеканя каждое слово.
Светлана попятилась от меня, но я продолжала наступать. — Не надо перекладывать на меня свои комплексы! Я еще молода, я успею выйти замуж и ровно тогда, когда я посчитаю это нужным. И я не стану, как ты, выскакивать за первого встречного, только потому, что ""тридцатка"" не за горами, а потом плакаться коллегам каждый день, что и тошнит от него, да на старости лет одной остаться страшно.
— Иза, — пискнула та, продолжая отступать к двери, — я…
— Я прошу прощения, и я больше никогда не буду говорить о том, что меня не касается, — подсказала я каменным голосом, я подозревала, что и выражение лица у меня было соответствующее.
— Извини, — пробормотала она и все же выскочила за дверь. — Всегда знала, что ты стерва! — раздалось уже из коридора.
Даже не смогла сказать мне это в лицо…
Я закрыла глаза и так и замерла посреди помещения, пытаясь успокоиться.
