Инженер кивнул на снятую трубку телефона:
— Трубка ждет вас, господин Толубеев! — и посмотрел на рабочего с таким удивлением, будто на его глазах происходило чудо. Вряд ли в эту конторку когда-нибудь приглашали к телефону рабочего…
— Я слушаю, — медленно и ровно сказал Толубеев. Впрочем, выглядеть спокойным ему помогало стремление говорить по-норвежски чисто и благозвучно.
— Господин Толубеев? — голос был мягкий, женский, очевидно, секретарский. — С вами будет говорить господин Арвид Масон…
Он чуть не выронил трубку.
Ее отец!
— Господин Толубеев? — он всегда бы узнал этот низкий, словно бы заплывший жирком, голос власть имущего человека без излишних сомнений.
— Да, — внезапно став по-настоящему спокойным, ответил он.
— Прошу вас заехать ко мне в управление через тридцать минут.
— Простите, господин Масон, боюсь, что меня не отпустят с работы.
— Я уже договорился с начальником цеха. Моя машина ждет вас у проходной завода.
— Благодарю. Буду.
Он положил трубку. Сменный инженер все еще глядел на него, как на Валаамову ослицу, которая всю жизнь неблагозвучно кричала и вдруг заговорила человеческим языком.
— Это в самом деле господин Арвид Масон? — только и спросил он.
— Вы же, вероятно, с ним говорили?
— Не я. Начальник смены. Я только получил приказ разыскать вас и вызвать в конторку к телефону.
— Да, господин Арвид Масон, — устало сказал Толубеев. Ему и без этих дурацких расспросов было о чем подумать. Чтобы отвязаться, он коротко буркнул — Я предложил господину Масону одно маленькое изобретение…
— О! — в глазах инженера сияла почти божественная благодать.
— Я могу покинуть рабочее место? — деловито спросил Толубеев, пытаясь погасить это небесное сияние в Глазах инженера.
— Конечно, конечно! Вы свободны на всю смену! — поторопился тот.
У дверей конторки из-за станков вывернулся Андреен. Схватил за руки и увлек в проход, подальше от конторки.
— Что произошло?
— Ничего, дорогой Калле! Просто девушка! Она вымолила мне отпуск до конца смены!
— Ну, ловкач! — восхищенно воскликнул дядюшка Андреен.
— И на эту удочку он пытается поймать меня, старого кита! Впрочем, молчу, молчу! Лишь бы все кончилось хорошо!
Толубеев покинул его и поспешил к своему рабочему ящику. На площадке у термической печи уже возился другой термист. Толубеев надел пальто и побежал к выходу.
На проходной его уже ждали. Охранник отщелкнул на автоматических часах время ухода и вернул пропуск. Второй человек в проходной оказался шофером Масона.
