Он невольно выбранил себя за то, что доставил ей столько беспокойства.
— Фрекен Вита, ваш покорный друг сдавал экзамены! — попытался он продолжить ее игру.
— На бакалавра?
— Нет, на термиста шарикоподшипникового завода.
— Фу, как грубо!
Она по-детски обиделась, и он молча взял ее руки в свои. Ей нужно привыкнуть к мысли, что он совсем не тот блестящий инженер из далекой России, за которым ухаживали ее отец, ее старшие друзья, к каждому слову которого почтительно прислушивались сверстники.
Тогда он представлял государство. А сейчас для нее он должен остаться частным человеком.
Она вздрогнула от порыва холодного ветра, и Толубеев торопливо вскочил:
— Вита, пойдем в кафе! Мне просто необходимо что-нибудь выпить.
— И мне! Хотя бы кофе.
Он торжественно позвякал в кармане серебряными кронами.
— Ты слышишь эту музыку? Моя первая получка!
Она огорченно оглядела его худое лицо, фигуру, на которой только что приобретенное пальто висело, как на вешалке.
— Ты должен был взять у меня немного денег и отдохнуть хоть месяц! — укоризненно произнесла она. — Не понимаю, как тебя могли принять на работу! Ты же все еще похож на скелет!
— А, были бы кости, а мясо нарастет! — беспечно сказал он.
— Как? Как?
— О, это русская пословица! — объяснил он.
— Ты произносишь свои пословицы, как молитвы, — пожаловалась она. — Ты же знаешь, я не понимаю идиоматические выражения!
— Больше не буду!
Он увлек ее к тихому ресторану, который высмотрел, когда шел на свидание. Ресторан находился в переулке, и, сворачивая туда, он оглянулся. Ему показалось, что какой-то хорошо одетый человек хотел было последовать за ними, но потом раздумал и повернул обратно.
Впрочем, он тут же забыл об этом постороннем человеке.
Они долго сидели в обманчивом одиночестве — по обе стороны столика стояли китайские ширмы с розовыми драконами, скрывая их от соседей и соседей от них, ресторан находился рядом с парком, в котором назначались большинство свиданий между жителями Осло, и хозяин сумел учесть это.
