Но там влияние ОУН и так минимально, поддержки у населения почти не было, и украинские националисты лишь участвовали в карательных акциях в составе полицейских батальонов, жгли деревни, вычищали евреев, угоняли народ в Германию. Однако в феврале РККА ступила в Галицию. И настал момент истины. УПА предстояло принять бой за свою родную землю, и вскоре станет понятно, чего стоят с таким трудом созданные и обученные военные структуры будущей вольной Украины.
Дантисту приходилось решать множество вопросов подготовки к «советской оккупации».
Куратор не врал. Немцы честно стали передавать Организации оружие – притом в огромных количествах. Известно, насколько сильна немецкая военная промышленность, но теперь Дантисту казалось, что запасы оружия и боеприпасов у гитлеровцев бесконечные. И то, с какой щедростью германцы раздавали их, говорило об их надеждах на то, что русский медведь растратит значительную часть своего наступательного порыва, в жестоких сражениях перемолов полсотни тысяч воинов УПА, а потом и весь украинский народ.
Дантист мотался на своем безотказном грузовичке «Рено», на подводах, пешком по всей Галиции. Организовывал схроны с оружием. Поддерживал боевой дух, карая непокорных и трусливых. Занимался организацией конспирации, связей между частями ОУН, СБ.
Остро стоял вопрос пополнения рядов. И тут пришлось конкурировать с немцами. Последние в начале войны с презрением отказывались от участия низших народов в военных структурах, а теперь озаботились пополнением дивизии «Галичина» и вспомогательных подразделений, несших значительные потери.
Простые украинцы наконец поняли, что у новых властителей что-то идет не так, поэтому больше их на бойню не тянуло. Тогда гитлеровцы затеяли принудительную мобилизацию. Излюбленный прием – полевая жандармерия заходит в небольшой городок, где население собралось на службу в костел. Здание окружается. Прихожане фильтруются. Молодые, здоровые ребята запихиваются в грузовики и препровождаются в немецкий учебный центр, где железная дисциплина, а за лишние разговоры и попытки сбежать – расстрел.
УПА действовала примерно теми же методами. В каждом селе должен быть отряд самообороны. С каждого хутора должны быть призваны бойцы и пройти обучение.
– За уклонение от призыва трусам наш позор! – в очередном селе вещал Дантист. – И заслуженное наказание от имени свободного украинского народа.
После его речей уклонистов прилюдно били шомполами – жестоко, чтобы на собственной шкуре дошло, кто в лесу хозяин.
