– Кто такие? – спросил Иван по-польски, глядя на пускающего пену изо рта пацана лет восемнадцати, чье черное шерстяное пальто было перепоясано пулеметными лентами.
– Сотня батьки Сивого, – на западноукраинском выкашлял парень. – Кацапы! Вы все сдохнете на нашей земле!
Иван кинул своим бойцам:
– В машину его.
По прибытии он доложил о происшествии командиру батальона Рогозину. Тот задал несколько вопросов и, проведя ладонью по своей знаменитой лысине, заключил:
– Правильно сделал, что не полез глубоко в лес.
Это их земля. Погубил бы людей. В целом действовал правильно. Объявляю благодарность.
– Служу Советскому Союзу… Это был ОУН, товарищ майор. Украинские националисты.
– Именно так. Наша главная головная боль на ближайшее будущее, – кивнул Рогозин.
Глава 27
– Нужно, чтобы жидокоммунисты не знали и дня покоя на Галичине! – вдохновенно вещал куратор на встрече на заснеженной заимке в зоне контроля немецкой жандармерии. – Ни зернышка в их закрома! Ни одного призывника! Чтобы лучшие силы их армия отрывала на тыл, на охрану пылающих транспортных коммуникаций!
– Значит, сдача Галиции – вопрос решенный, – устало произнес Дантист.
– Это называется «перегруппировка и выравнивание фронта для нанесения ответного удара». И он будет страшен. Мы по достоинству оценим помощь тех, кто помог нам в трудную минуту. В борьбе с общим врагом вы не будете испытывать недостатка в оружии. Первая задача – распределить оружие и боеприпасы, которые вам будут предоставлены с наших складов.
Создать складские убежища в труднодоступных местах для вооружения новых казаков и восполнения потерь, – как на докладе гладко изрекал куратор.
На этот раз он изменил себе. Бутылка коньяка стояла на столе прямо на карте Украины, но бокал был пуст.
– Мы и в дальнейшем обеспечим ваше снабжение на захваченных русскими территориях. Для связи с немецким командованием и сообщения разведданных о передвижении советских войск вам будут переданы рации.
Также останутся немецкие офицеры связи.
– Для руководства? – недобро улыбнулся Дантист.
– Руководить вами становится все труднее. Для добрых советов.
– Абвер любит давать обязательные к исполнению советы.
– Будьте реалистом. Без нашей помощи у вас нет перспектив. Еще раз говорю – мы вернемся на отбитые Советами территории. Не забывайте об этом…"
"Сорок четвертый год – это было время, когда все стало рушиться. Харьков, Киев – там уже Советы.
