Его смерть ценна. А пленение бесценно.
– Ваша задача – вывести на цель Дантиста. Но вы уверены, что он сам придет за архивом? – спрашивал Румянцев, когда в своем кабинете с Иваном и Адвокатом обсуждал план операции.
– Придет, – уверенно произнес Адвокат. – Он вцепится в эти архивы и никому в них нос не даст сунуть. Это его козырь в игре и с абвером, и с соратниками. С этими бумагами такие интриги можно закрутить. А интриги – это его родная стихия. Так что там он будет лично.
– И мы его возьмем. – У Ивана голова кружилась от такой светлой перспективы.
– Если не придет, накроем его близкое окружение, – продолжил мысль Румянцев. – Они сдадут хозяина. Мы их расколем. Любыми способами. Дантист слишком важная фигура, чтобы миндальничать.
– Любыми способами, – кивнул Иван…
Возникало множество вопросов. Как выжить Ивану после того, как захлопнется ловушка и по банде начнут работать сотрудники НКВД? Как уберечь Адвоката и Лесника?
– Это все технические моменты. Главное – как внедриться, – сказал Иван.
– А ты уверен, что внедряться должен именно ты? – спросил Румянцев.
– А кто? – даже обиделся Иван. – Это же моя охота.
– В сорок первом Дантист видел тебя лично. Ты его почти взял.
– Не узнает. Виделись мельком. У него неважная память на лица. Да и изменился я сильно внешне. Меня и родная мама не узнает.
– Сырая операция. Сырая, – покачал головой Румянцев.
– Но другого подхода к Дантисту у нас нет.
Когда план был утвержден, Иван каждый день стал заглядывать к «консультанту» – сидевшему в камере Остапу Михайленко, бойцу вспомогательного полицейского полка, который вместе с эсэсовцами охранял ту самую колонну с архивом.
Ее действительно накрыло артиллерией. А потом выскочила на дорогу рота советских легких танков и довершила разгром. Остап – единственный оставшийся в живых. Архив частично сгорел, часть его попала в руки НКВД, заставляя оперативников горестно вздыхать о том, сколько же сгорело ценной документации.
Остап напрягал свою память, пытаясь вытащить из нее хоть что-то еще, что продлит его существование.
И Иван выведывал у него самые мелкие детали поганой полицейской жизни, имена сослуживцев, командиров, описание расположения частей, проводимых карательных акций. Ведь ему предстояло на время стать этим палачом. Они даже внешне были похожи – высокие, жилистые, сильные, с короткой стрижкой, темными волосами. И без особых примет… Конечно, длительной и тщательной проверки легенда Ивана не выдержит. Но длительных проверок не будет.
