Имелись первые результаты – удалось выявить подозреваемых. Как и ожидалось, это был технический персонал – машинистки, кочегары и прочие.
– Все равно многие остались за кадром, – сказал Лапин однажды вечером на той же конспиративной квартире. – Но пора «Отчизну» брать.
– Ха, а может, такой финт устроить, – подал голос Иван.
Выслушав его, подполковник кивнул с усмешкой:
– У вас в войсковой разведке все такие хитрые были?
– Не. Я там мальчик был. Там такие-е-е. Особенно чего съестное стянуть или самогончику.
На очередной посиделке «Отчизны» Иван объявил, что, по сведениям из Центра, активизируются действия советской контрразведки. Призвал соблюдать конспирацию. И при малейшей опасности двигать из города, определив места нового сосредоточения и порядок сбора.
– Наши люди в комендатуре добыли пропуска. Вот. – Он вытащил пачку пропусков. – Впишите фамилии. Они дадут возможность беспрепятственно покинуть город. Что, согласитесь, нелегко. Действуют и на остальной территории Украины.
Во Львове после его освобождения сложилась страшная криминогенная обстановка.
Издревле город был центром притяжения преступного элемента со всей Украины и Польши. Воровские кланы действовали здесь не стесняясь. Оставались они и при немцах, впрочем, умерив свой пыл, – за нарушение порядка тогда карали нещадно. Теперь, пользуясь неразберихой, бандиты активизировались. Шалили и немецкие диверсанты, оуновцы. НКВД ответило на рост бандитизма несколькими мощными ударами. Уличную преступность вывели за два дня ловлей на живца – бандитов выманивали одинокие хорошо одетые дамы и господа, зачем-то идущие ночью в одиночку, а на просьбу отдать кошелек расстреливавшие просителей без каких-либо дискуссий.
Зачищались малины, места сосредоточения граждан. Из города выехать просто так было сложно. Требовались специальные пропуска. И подарок Иван преподнес щедрый.
Пан Станислав внимательно рассмотрел пропуска, дал другим.
– Я видел их, – сказал кряжистый украинец, попавший неизвестно как в польскую организацию, да еще ставший на руководящий пост.
– Подлинные. Такие и есть. Подписи, печати на месте. Как вам это удалось?
– Вы серьезно это хотите знать? – хищно улыбнулся Иван. – Вы не единственные во Львове польские патриоты…"
"И вот настал день реализации. Пару десятков известных функционеров «Отчизны» взяли сотрудники НКГБ и НКВД. Пришлось пострелять. Троих, не пожелавших сдаться, убили при задержании, в том числе пал тот молодой и горячий Костюшко.
