У него много интересного. Челебидаки-то сознался!
– Как сознался? – воскликнул Лыков. – Против него никаких улик, кроме…
Он запнулся, но ротмистр его понял:
– Кроме связной из Варшавы?
– Ну…
– Ночью, пока вы с Азвестопуло пьянствовали, мы обыскали квартиру коллежского асессора. И ничего не нашли. Оказалось, что все улики он хранил в служебном кабинете. А там… И средства тайнописи, и рапорты агентов, и даже свежая сводка донесений.
– Донесений? – заинтересовался Алексей Николаевич. – В германский генштаб?
– Ну наверное… Челебидаки создал агентурную сеть из прислуги и приставил своих людей ко всем начальникам частей Одесского гарнизона.
Лакеи подслушивали, подсматривали, воровали документы. Что-то фотографировали, как Гереке. И еженедельно рапортичками сообщали новости резиденту. Тот делал свод и посылал в Германию, через известную вам транспортную контору «Гергард и Гей». Там Продан тоже сделал обыск и нашел секретные депеши. Короче говоря, сеть германская пропала со всеми потрохами. Можете быть довольны.
Я…
Тут на столе полицмейстера затрещал телефон. Хозяин взял трубку, послушал и протянул ее питерцу:
– Вас, штабс-капитан Продан.
Лыков приложил трубку к уху:
– У аппарата.
– Здравствуйте, Алексей Николаевич. Ротмистр уже сообщил новости?
– В общих чертах. Хотелось бы знать подробности.
– Я закончил на гауптвахте и скоро буду в городе. Где вам удобно встретиться?
– А давайте в кондитерской Мелисарато. Там и чай подают вкусный, а то в других местах все кофе да кофе.
И кабинеты отдельные.
– Где это?
– Улица Новосельского, дом восемьдесят два.
– Буду там через полчаса.
Лыков откланялся, попросив полицмейстера послать Сергея, если тот объявится, к Мелисарато. Только он вышел на подъезд, как помощник попался ему навстречу.
– Идем со мной, пьяница.
– Куда?
– Похмелять тебя будем.
– Лучше кофеем, я же грек, а не какой-нибудь русопят.
– Продан обещает нас угостить. Он вчера, пока мы развлекались, расколол Челебидаки напополам. Тот признался! У него чего только не нашли – бесполезно было отпираться.
Ну айда извозчика ловить.
Сыщики ждали контрразведчика не более пяти минут. Тот явился не один, а вместе с дамой, взывавшей вчера к помощи Лыкова. Только сегодня она была рыжей, а не брюнеткой, и совсем иначе завита. Из-за этого ее было трудно узнать. Плутовка лукаво улыбалась. Полицейские вскочили. Дама шутя ударила коллежского советника веером по руке:
– Противный! Так и не помогли слабой женщине, сбежали.
