Не надо разевать рот или лезть с кулаками в туалете.
— Мы поняли друг друга, граф. Не смею вас более задерживать, — кивком отсалютовал мне Ледащев. — А вы, Лопухин, останьтесь — вам еще протокол дуэли заполнять.
Глава 10
Со времени нашей знаменитой дуэли пролетела неделя, и все вошло в привычный ритм и уклад.
Для начала, Донцова и его подпевал все-таки отчислили из Школы, ректору и выше подобный инцидент не понравился. А поскольку ни папенька, ни я не требовали крови и не влияли на принятие решений, «волчий билет» им в зубы не дали, предоставив поискать себе место в другом, более простом вузе.
Тем более как Одаренные они были середнячками, особых успехов не показывали. А подписываться за них их неведомые высокородные покровители побоялись, вдруг еще что-нибудь на почве гиперсексуальности что-нибудь учудят.
Я сблизился с Марией, и пару-тройку вечеров за неделю провел с ней вместе. Да не то, о чем вы подумали, право слово! Все было пока невинно и пристойно, никаких горизонтальных исполнений вертикальных желаний, ни-ни! Даже без братских поцелуев в щечку.
Вечерние прогулки по Невскому, зависания в кафешках и поход в кино на новый фильм ужасов «Кощей-8»… Короче, не то времяпрепровождение, на которое рассчитывает каждый вьюнош, у которого вместо крови по жилам бежит адский огонь от наличия в ней самой дичайшей концентрации гормонов. Но меня это пока устраивало — если сложится, то сложится. А подтолкнул на продолжение моего общения мой брат.
Михаил вызвал меня к себе в кабинет и вручил старомодную папку с подшитыми бумажными листами.
Тоненькую.
— Что это?
— Очень интересное чтиво. Специально для тебя.
— А что на бумаге? — я насмешливо кивнул на мониторы, развешанные в его кабинете везде, где только можно. — Мог бы и письмом скинуть.
— Видишь ли, информация имеет гадское свойство размножаться через копирование. Все, что ты ввел в цифру, может быть доступно кому угодно. Так что некоторые вещи можно доверить только бумаге.
— Опять параноишь?
— Открой папку, — посоветовал он.
Я так и сделал, и сразу же наткнулся на фотографию Марии. Видимо, с личного дела академии Перуна — тут она была сфотографирована в военной форме с погонами курсанта.
— Ты собрал досье на Разумовскую? — спросил я, вчитываясь в первую страницу.
— Должен же я знать, с кем встречается мой брат, — хмыкнул он. — Я же вроде как курирую нашу службу безопасности. Лучшую в мире.
— Кто тебе об этом сказал? Или сам придумал? — усмехнулся я.
