— Как вы догадались, что позвонил именно я, — уточнил Дронго, — если не знали номера моего городского телефона? Хотя подождите, я, кажется, понял. Вы купили новую сим-карту на чужое имя специально для того, чтобы переговорить со мной, и ждали именно моего звонка.
— Наши друзья в посольстве специально купили мне сим-карту московского телефона, — подтвердил Блехерман. — Вы очень проницательны, господин эксперт.
— Очень интересно, — произнес Дронго, — и достаточно показательно. Где вы хотите со мной увидеться?
— Где скажете, как вам будет удобно.
Я сейчас живу в отеле «Ритц-Карлтон» на Тверской. Можете приехать прямо сюда.
— Вам не кажется, что это слишком гламурное место? И если вам нужен мой совет или помощь, то лучше нам встретиться где-нибудь в другом, более спокойном месте. Хотя, — задумался Дронго, — мы можем встретиться в отеле, так будет даже лучше, чтобы не вызывать ненужных подозрений.
— Мне тоже кажется, что нам необязательно куда-то ехать. Здесь вполне подходящее место. И у меня несколько необычное дело.
— Связанное с моей профессией? — уточнил Дронго.
— Думаю, что да.
— В таком случае я приеду со своим напарником.
— Очень хорошо. Я тоже буду со своим другом. Значит, мы вас ждем. Когда вы сможете к нам приехать?
— Через два часа, — ответил Дронго, взглянув на часы.
— Договорились.
— Так где нас ждут? — посмотрел на напарника Вейдеманис. — Насколько я понял, в «Ритц-Карлтоне»?
— Он там остановился и сказал, что будет со своим другом. Ждет нас через два часа.
— Хочешь проверить по Интернету, кто это такой? Или позвонить Стайнфелду? Подготовиться к встрече? Отсюда ехать не больше часа.
Даже с учетом московских пробок.
— Иногда я думаю, что ты знаешь меня лучше, чем я сам, — недовольно проворчал Дронго. — Конечно, я хочу проверить информацию. И позвонить Стайнфелду в Лондон, прежде чем мы отправимся на встречу.
Он понимал, что звонить по городскому и мобильному телефону нельзя, так как их могли прослушать. Именно поэтому сам Стайнфелд позвонил по городскому телефону, давая понять, что ответный звонок должен быть максимально закрытым.
Дронго достал один из тех телефонов, которые были зарегистрированы в Европе и которые он редко включал. Подождал, пока телефон найдет сеть Интернета, и по скайпу связался с Лондоном:
— Добрый вечер, господин Стайнфелд!
— Добрый вечер, господин Дронго, — ответил знакомый, чуть хрипловатый голос, — рад вас снова слышать.
— Мне передали вашу просьбу, и я уже перезвонил господину Блехерману.
