Между нами повисает тяжелая пауза.
– Уверен, у тебя все получится, – в конце концов говорит он. – Я знаю, что это то, чего ты хочешь.
Предполагается, что это должно быть сказано ободряюще, но в его голосе слышится горечь поражения.
Но что, если я этого не хочу? Этот вопрос вертится на языке, потому что именно это я и имела в виду.
Не думаю, что когда-нибудь захочу чувствовать себя настолько комфортно с кем-то другим.
24
Исайя
Поездка до моей квартиры прошла в полном молчании.
Я предложил Кеннеди ненадолго заехать к ней, чтобы переодеться и взять чемодан, но она заверила меня, что успеет до вылета и хочет просто вернуться домой.
"
"Да, домой. Как будто это касается нас обоих. Как будто у нее нет собственного пентхауса в восьми кварталах отсюда. После того, как Кенни произнесла это слово, у меня возникли нелепые фантазии, и пришлось быстро их заглушить.
Я веду машину, держа левую руку на руле. Правая лежит на ее бедре, выводя повторяющийся узор большим пальцем. Взад-вперед. Взад-вперед.
Словно безмолвное извинение, которое, по ее словам, ей не нужно.
Я ненавидел каждое слово, которое слетало с моих губ в том коридоре, хотя все это было правдой.
Случись это в любой другой день, я бы посмеялся, позволил Кеннеди объяснить, что какой-то парень пристал к ней в баре, пока я сдерживал свою досаду из-за нашей дурацкой ситуации. Может быть, я бы не показал, как мне больно не только знать, что она собирается уйти, но и видеть, как это происходит у меня на глазах.
Кеннеди почти не шла на контакт – просто отвечала ему ровно столько, чтобы не показаться грубой.
Но этот парень мог оказаться очередным богатеньким засранцем, за которого ее заставили бы выйти замуж, и я сорвался.
Сегодня я полностью разбит и эмоционально выжат, потому что знаю: в следующем сезоне я снова буду один. Завтра Кеннеди улетает на собеседование. Конечно, Кай будет по-прежнему жить в Чикаго, но это совсем другое дело – знать, что он больше никогда не выйдет на поле вместе со мной. Я не ожидал, что он решит выйти на пенсию так скоро.
И я выместил все на ней. Потому что Кеннеди тоже от меня уходит. Мы оба понимаем, что она получит эту должность. Но я устал от того, что дорогие мне люди не хотят остаться рядом. Я стараюсь подстраховаться, надеясь, что, если буду достаточно веселым, если им будет со мной хорошо, они останутся. Но это не срабатывает. Кеннеди все равно уйдет. Но прежде я хочу показать ей все свои грани. Даже те, что боюсь проявлять.
