Волосы падают ему на глаза, и я провожу рукой, откидывая их назад и прижимая, чтобы лучше видеть, как он это делает.
Исайя лукаво улыбается мне. Его язык совершает неторопливые томительные движения. Он прижимает большой палец к моему клитору, обводя его маленькими кругами. Язык скользит по нему, и я почти схожу с ума.
Давление становится слишком сильным. Оно замирает на самой кромке, пока не переливается через край, и я тону.
– Исайя, – кричу я, кончая.
Волны наслаждения накатывают одна за другой. Я не отрываю взгляд от Исайи, но мои глаза закрываются от силы оргазма.
Он не прекращается. Мне кажется, он длится несколько минут, и Исайя все это время смотрит на меня не отрываясь, слизывая улики. Я чувствую его взгляд, а затем слышу, как он произносит мое имя, и это лишь усиливает наслаждение.
Когда волна удовольствия наконец спадает, мои мышцы расслабляются, и я падаю на диван. С трудом дышу и могу только представить, какой растрепанной я выгляжу. Разметавшиеся волосы, испорченный макияж и измятое платье.
Неухоженная и неидеальная. Я никогда не чувствовала себя такой расслабленной.
– Черт, – выдыхает Исайя, поднимаясь на колени. Его взгляд сосредоточен на собственной ширинке.
– Ты…
– Кончил? – Он заканчивает предложение за меня. – Да.
– От…
Во взгляде этого уверенного в себе мужчины нет ни капли сожаления. Он смотрит на меня, и на его губах играет дьявольская ухмылка.
– От того, как ты кончаешь. Услышав свое имя. Я ничего не мог с собой поделать. Ты заводишь меня, Кенни.
Не стоит удивляться, что я кончил в штаны, как какой-нибудь неопытный юнец, ведь ты точно знаешь, насколько я тобой одержим.
Он не краснеет, но краснею я.
Исайя скользит вверх по моему телу, прижимаясь ко мне на диване, и с тяжелым, измученным вздохом расслабляется у меня на плече.
– Нам нужно отвезти тебя домой и уложить в постель, – шепчу я.
– Я знаю. Мне пора. В любом случае я не могу вернуться на поле в таком виде.
Я обнимаю его, обвивая руками, и после секундного колебания спрашиваю:
– Можно остаться с тобой на ночь?
– Да.
– Он поднимает голову, чтобы взглянуть на меня, и быстро соглашается, как будто я могу передумать. – Конечно, можно.
Исайя наклоняется, чтобы меня поцеловать, прежде чем снова положить голову мне на плечо. Он слишком измучен всем, что сегодня произошло.
Мои пальцы теребят кончики его волос.
– Я не думаю, что когда-нибудь смогу чувствовать себя с кем-то так же комфортно, как с тобой.
Черт, это прозвучало неправильно.
