Что с ней стряслось? Авария? Где она жила? Чем занималась? Говорите честно, я готова услышать самую неприятную правду.
— Ваша дочь стала известной певицей, — осторожно начала я, — Анна Лаврова. Может, слышали о такой?
Регина Львовна смутилась.
— Телевизор в доме работает исключительно для кратковременного показа мультиков. Компьютер у нас один, в моем кабинете. Я приобрела дьявольское изобретение, потому что детям теперь велят делать доклады в электронном виде. Девочки посещают гимназию, а там обучают компьютерной грамотности.
И что Анна исполняет?
— Джаз, — уточнила я.
— Он вырос из негритянских религиозных напевов, — улыбнулась Регина, — я когда-то мечтала солировать в опере. Господь подарил мне и слух, и голос мощный. Но в восемнадцать лет мне сделали операцию на щитовидной железе. Хирург оказался неумелым, я на год онемела, потом дар речи вернулся, однако петь я больше не могла. Жизнь закинула меня в маленький городок, я замуж вышла. Аня в меня удалась, с раннего возраста своими музыкальными талантами поражала.
В пять лет она исполнила арию Иоланты, которую услышала по радио. Слова Аня воспроизвести не могла, просто тянула: а-а-а-а-а. И ни одной фальшивой ноты! В семь лет Аня попросила отдать ее в музыкальную школу. А мы тогда жили на краю Московской области в тихом зеленом местечке, муж заведовал местной гимназией, я там учительствовала. Чтобы осуществить мечту Ани, ее пришлось бы возить в Гулимовск, там была музыкалка. Машины у нас не было, до электрички час пешком, автобус, на котором доехать к станции можно, постоянно ломался.
И как ребенка каждый день на сольфеджио в таких условиях таскать?
Регина поставила передо мной тарелку с дешевым печеньем не первой свежести."
"— Угощайтесь, пожалуйста. Я Ане правду сказала: прости, не можем обеспечить тебе музыкальные занятия. Она молча спряталась в своей комнате. Замкнутой девочкой росла, никто не знал, что у нее на уме, говорила она мало, никогда со мной эмоциями не делилась, вела себя так, словно я няня, а не мать.
Душевной близости между нами никогда не было. Но жаловаться на ее поведение у меня нет причин. Скромная школьница, носила что купят, ела что дадут, не безобразничала, не курила, подруг не имела. Отец купил ей на двенадцатилетие гитару, показал аккорды. Вот она и бренчала в своей комнате. Как-то раз я проснулась в районе полуночи от звуков музыки и громкого стука, который шел из спальни дочери.
