– Предлагаю продолжить разговор позднее, что скажешь?
– Лучше не будем, – не колеблясь ответила она, развернулась и поспешила к детям.
Уже в комнате, беря малюток на руки и быстро успокаивая их, Эва осознала, что из комнаты она выбежала.
Может, Майкл и подшучивал над ней поначалу, но постепенно даже воздух между ними стал казаться наэлектризованным.
Было ли это возбуждение?
Значило ли это, что Эва нравится Майклу, но он скрывает это под маской цинизма?
Несмотря на то что разговор принял деликатный оборот, Эва не могла в это поверить.
Дело было не столько в том, что Майкл – холодный, высокомерный и властный человек. Он, ко всему прочему, не доверял ей, да и такой мужчина уж точно не для Эвы, не только из-за его благосостояния.
Майкл был старше Эвы на десять лет, он был опытным и искушенным мужчиной. Эва быстро приноравливалась к любому окружению, но она не жаловала распутный образ жизни, который так любили многие. Такие, как Майкл.
Нет, ханжой Эва не была, девственницей тоже. Несколько лет назад у нее были отношения, которые продлились год, но затем она и ее молодой человек довольно мирно расстались, решив, что ее карьера фотографа и его карьера экономиста не позволяют им встречаться и дальше.
Они просто отдалились друг от друга.
С тех пор Эва ни с кем подолгу не встречалась, а как только получила опеку над детьми, то и на свидания ходить перестала! Она не собиралась нырять в омут с головой и влюбляться в Майкла, у которого, как она считала, были проблемы с доверием к женщинам.
Может, он красив, как бог, но такие властные, необузданные и холодные мужчины Эву не привлекали.
Важнее всего, что он был братом Рейфа!
С тяжелым сердцем Эва осознала, что, несмотря ни на что, он нравится ей. Может быть, отчасти потому, что он именно такой? Мысль, что такой рассудительный и сдержанный мужчина обратил на нее внимание, была Эве приятна.
Она все думала, какой он любовник…
Отбрасывает ли он эту холодность, занимаясь любовью с женщиной?
Каково это, касаться и ласкать его сильное тело так, как ей захочется, чувствовать прикосновения его рук на своей груди и бедрах, позволить его губам и языку целовать, вкушать?
– Все в порядке?
Когда Эва повернулась и посмотрела на Майкла, она выглядела виноватой, ее щеки пылали.
Мужчина, который только что предстал в ее воображении обнаженным, стоял в дверном проеме, полностью одетый.
– Эва? – Он удивленно приподнял одну бровь, очевидно заметив стыдливый румянец на ее щеках.
– Все в порядке, – раздраженно ответила она.
