Из последних сил я нарисовала своей кровью знак света и произнесла древнее заклинание. Тайное… Запретное!
— Мой ребёнок… — умирая во второй раз, я снова цеплялась за руку незнакомца, который вдруг появился передо мной. Лица его за вихрем магии не было видно, единственное, что я знала — это мужчина. Дракон! — Умоляю, спасите моего ребёнка! Её зовут Вар-р-р-а-а…
Сноп искр взметнулся, как над костром и, когда растаял золотистыми бабочками, в темноте не было ни мужчины, ни малышки Варвары. А я, истратив все силы, медленно угасала.
Мне было всё равно, что меня окружили тёмные маги. Смерть — небольшая цена за жизнь моей девочки.
Но я не умерла. Ни тогда, ни сейчас. Когда волна боли от вернувшихся воспоминаний стихла, я открыла глаза и судорожно вдохнула, наполняясь воздухом, жизнью, верой и всепоглощающим счастьем. Потому что сейчас, как и тогда я держала ладонь Драгана.
Это была его рука! Его магия!
— Златослава, — хрипло выдохнул мужчина, наклоняясь надо мной. — Наконец я нашёл тебя.
Я заметила, что окна, у которого несколько минут назад упала, уже не было. Как, собственно, и стены. Ветерок обдувал комнату, гоняя по полу сухие листья, залетевшие из сада в дыру. Но мне было всё равно, что произошло с домом Иргана, я смотрела в глаза дракону, который спас мою крошку и, глотая слёзы, шептала:
— Моя девочка жива! Она здесь, с тобой… Ты спас мою Варечку. Спасибо…
— Тише, тише, — Мужчина осторожно поднял меня на руки. — Закрой глаза и ничего не бойся. Скоро всё закончится.
Обещай, что не будешь подсматривать.
— Хорошо.
Но глаз закрыть не успела, как вдруг мужчина, который держал меня на руках, начал увеличиваться в размерах, и вскоре в дыру вылетел настоящий дракон. Огромный, с широкими крыльями и длинной шеей, он удерживал меня в лапах так бережно, что я не ощущала и капли боли.
И вдруг рядом что-то полыхнуло. Я повернула голову, заметив краем глаза человека, который бежал по дороге, выпуская в нас волны магии. Они озаряли небо оранжевыми дугами, и одна ударила дракона по крылу.
Всё закружилось, и я потерялась, не зная, где небо, где земля, и уже думала, что вот-вот разобьёмся, как взметнулось пламя, и стало очень-очень жарко.
Когда волна жара прошла, я посмотрела вниз, на пылающий дом Иргана. В этих стенах горела моя боль, и уходило в небытие отчаяние. Дракон, который надёжно удерживал меня в лапах, летел рывками, и его левое крыло порой провисало, но всё же добрался до своего дома.
«Нашего».
