Позволяет мне безнаказанно изучать свои широкие, обтянутые тонким, скорее всего, кашемиром, плечи. Проехаться по узким бедрам. Задержаться на атлетичных руках. И снова рассмотреть татуировку. Это руна. Только я ни черта в рунах не смыслю.
Из-под ворота мужской водолазки, кстати, тоже выглядывают острые пики другой татуировки. Не удивлюсь, если он весь забит.
Кто ты? Сколько тебе? Что ты тут делаешь? А занимаешься чем?
Хотя подожди… Ты мне безразличен. Мне на тебя плевать.
Но вместо того, чтобы сопоставлять слова с действиями, я до боли сжимаю ключи в ладони и опускаю свободную руку, чтобы, проходя мимо, так же «случайно» чиркнуть костяками по его костяшкам.
Делаю это и чувствую резкий поворот головы.
Щеку задевает струя выпущенного его губами дыма.
Между лопаток врезается не нужное мне внимание.
Отойдя на «безопасное» расстояние, я с улыбкой слежу, как Марк заканчивает «паковать» пьяненькую Катю в машину. Оглядываюсь.
Он смотрит вслед и курит. Слушает кого-то, но вряд ли внимательно.
Всё так же свисающая вдоль туловища кисть на секунду сжимается в кулак и расслабляется.
Проследив за этим, я улыбаюсь шире. Смотрю напоследок в яркие голубые глаза. Ни у кого таких не видела.
Я рада, что произвела на тебя впечатление.
Тянуть нет смысла. Играться тоже.
Развернувшись, ловко ныряю в машину и захлопываю дверь, как бы отрезаю тем самым его внимание. Его присутствие. Его существование.
Пока-пока. Приятно было даже не познакомиться.
***Мое настроение словно ребенок, совершающий спуск с ледяной горки.
Я была на пике эйфории. Смеялась. Плясала. Неслась. Делала глупости. А теперь осталась наедине с усталостью после перевозбуждения.
Мы с Марком завезли Катюшу в квартиру брата. Я помогла ей умыться, переодеться в пижаму. Поставила возле кровати стакан с водой, но оставаться мне расхотелось.
Даже не знаю, почему.
Спустившись, неловко улыбаюсь ждущему меня возле машины Марку.
Мы без лишних слов занимаем свои места.
Авто трогается.
Я вжимаюсь затылком в подголовник и прикрываю глаза.
Ключи от квартиры я забрала. Они всё еще лежат в моем кулаке. Когда отдам — не знаю.
Как не знаю и дам ли Артуру понять, что в большем между нами я заинтересована. На пьяную голову казалось, что да, а теперь…
Панику вызывает осознание, что ко мне потихоньку возвращается привычная фоновая память об неизменных рамках.
Не хочу. Но и алкоголем с вечеринками глушить свои чувства тоже.
Остается только как мантру повторять, что в жизни-то повезло. Очень-очень.
